то, что им пришлось рассказать, ничуть не успокоило Атею.
Разделение
— Моя королева, битва на рыночной площади окончена. Генерал Паттарос сдался вождю норгов, - нерешительно доложил гонец.
— ОН СДАЛСЯ ГОРСТКЕ НОРГАРСКИХ ГРУБИЯНОВ? МНЕ НУЖНА ГОЛОВА ЭТОГО ТРУСА! - закричала Леандрис.
— В бой вступили огромный боевой пес и женщины, пришедшие с вождем норгов, - добавил гонец немного смущенно.
С отвращением Леандрис окинула гонца взглядом, а затем обратилась к своим советникам. - Где моя армия и кто ее возглавляет?
— Генерал Деянис и десять тысяч человек находятся к западу от Параса, моя королева, - с нетерпением ответил один из них.
— Пришлите их и... - начала Леандрис, но голос из ниоткуда прервал королеву.
— Нет, Леандрис, ты больше не будешь жертвовать жизнями. Все закончится сейчас.
В поисках источника голоса королева и ее советники нервно оглядели комнату, но никого не обнаружили.
— Ты никогда не слушала и по-прежнему слепа, Леандрис. Ты – королева Готы, но твоя власть бессмысленна для тех сил, с которыми ты имеешь дело. Атея уже узнает о твоем провальном плане и о том, что ты ничего не сделала, чтобы остановить катастрофу, последовавшую за ним. Она придет за тобой, и ее ярость не знает границ. На этот раз я попытаюсь спасти тебя от возмездия Атеи, но только по двум причинам, и ни одна из них не касается тебя. Ребенок в твоем чреве – мой, и это королевство – ее наследие. Это первая причина. Вторая причина в том, что я хочу выяснить, как далеко я могу зайти на поводке своего нового хозяина.
Никто не почувствовал сквозняка, но портьеры, украшавшие окна комнаты, внезапно зашевелились. Ее гонец и советники ошеломленно смотрели, как их королеву окутывает тень. Они слышали, как Леандрис закричала от страха, вылетев из окна и растворившись во мраке ночи.
Тридцать четыре оставшихся в живых норгара забрали с собой мертвое тело Киорака и вернулись на корабль. Они свалили в кучу остальных своих собратьев, и от сжигаемых на площади трупов поднимался дурно пахнущий темный дым. Атея погрузилась в раздумья, рассеянно наблюдая за тем, как они покидают рыночную площадь Параса. Яне залечивала раны Робана, а Менджа и Боско рядом критически наблюдали за ее успехами. Остальные друзья бесцельно стояли вокруг.
— Ты веришь, что она убьет королеву? - спросила Денисса у Хассики, глядя в сторону Атеи.
— Это убьет и ребенка, но я думаю, что это единственный ограничитель ее мести Леандрис. Оглянись вокруг, что бы ты предложила для справедливости? - спросила Хассика в ответ.
— Большая часть этой бойни – дело рук Робана, - ответила Денисса.
— Нельзя винить огонь за то, что он горит, или дождь за то, что он намочил твою одежду, - заметила Нигулла, улыбаясь Дениссе.
— Что ты можешь знать о мокрой одежде? – ухмыляясь спросила Рабина, глядя на обнаженную бывшую жрицу.
— Я не обвиняю Робана, но и винить во всем этом Леандрис тоже несправедливо. Она все еще не понимает, с кем имеет дело, - возразила Денисса.
— Я сделаю так, что после сегодняшнего вечера у Леандрис не останется никаких сомнений, - добавила Атея, направляясь к брату.
Робан расслабленно лежал на земле, явно наслаждаясь целительными прикосновениями Яне, а Менджа показывала ей на незамеченные царапины и синяки. Атея стояла рядом с братом и наблюдала за ними.
— Я хочу вернуться во дворец. Нам нужен багаж, и я хочу разобраться с Леандрис, прежде чем мы покинем Готу. Ты пойдешь со мной? - спросила она, глядя на него сверху вниз.
Он некоторое время наблюдал за ней, а затем улыбнулся Атее. - Конечно, я пойду
Проказница Люда