практичным. Размножение должно контролироваться государством — в центрах разведения, где отбирались нужные генетические линии, где потомство сразу проходило обработку и дрессировку. Частное разведение создавало риск появления неконтролируемых особей, возможного восстания численности, утраты монополии на производство.
Кроме того, как объясняли чиновники, стерилизация делала ЭП спокойнее, послушнее, устраняла гормональные всплески, которые могли привести к агрессии. "Как с собаками, " — говорили они. "Стерилизованный питомец — безопасный питомец."
Процедуры проводились без анестезии или с минимальной — "они же генетически близки к животным, болевой порог другой". ЭП привозили в клиники на фургонах, десятками. Их укладывали на металлические столы, фиксировали ремнями. Ветеринары работали быстро, механически — разрез, удаление, зашивание. Крики заглушались звукоизоляцией. Через два часа после операции ЭП уже отдавали владельцам — "можете забирать, только ограничьте физические нагрузки на три дня".
Некоторые хозяева присутствовали при процедуре. Наблюдали, как их питомца вскрывают и лишают последнего, что связывало его с человеческой природой — способности к продолжению рода. Некоторые находили в этом особое удовлетворение — финальное утверждение власти, превращение живого существа в абсолютно зависимый объект.
Документы выдавались в тот же день. Справка с печатью: "ЭП [номер чипа] прошёл процедуру стерилизации. Репродуктивная функция устранена. Допущен к свободному использованию без ограничений."
Имитация животных
Но настоящее падение в бездну началось с моды на "аутентичность".
Владельцы, особенно из высших слоёв общества, начали требовать, чтобы их ЭП полностью имитировали повадки тех животных, чьи гены они несли. Это стало признаком статуса — показать, насколько хорошо выдрессирован питомец, насколько глубоко подавлена его человеческая сущность.
Центры дрессировки адаптировались. Появились специализированные программы. ЭП с кроличьими генами обучали двигаться прыжками, принюхиваться, в моменты страха замирать или прятаться. ЭП с собачьими генами заставляли ходить на четвереньках, приносить предметы в зубах, вилять воображаемым хвостом — покачивая бёдрами определённым образом. Кошачьих учили тереться о ноги хозяина, мурлыкать, выгибать спину.
Но самым унизительным была дрессировка физиологических функций.
ЭП запрещалось пользоваться туалетом как люди. Их приучали справлять нужду, как животные — в специально отведённых местах, на улице, в лотках, на газонах. Владельцы выводили их в парки, командовали, ждали. Если ЭП пытался сохранить достоинство, отказывался — его наказывали. Электрошок. Лишение пищи. Публичное избиение. Ломали, пока рефлексы не становились автоматическими.
В парках появились специальные столбики и деревья — "для меток", как объясняли таблички. Владельцы мужских ЭП подводили их туда, заставляли поднимать ногу, мочиться. Владельцы женских ЭП приучали их приседать на корточки, прямо на траве. Прохожие проходили мимо, отворачивались или смотрели с любопытством. Дети показывали пальцами, родители одёргивали — "не пялься, невежливо".
Спаривание тоже должно было имитировать животное поведение.
Владельцы, желающие получить удовольствие от зрелища, устраивали встречи. Приводили своих ЭП в специальные зоны, снимали одежду — "животные не носят одежду". Командовали вступить в контакт друг с другом. ЭП, сломленные дрессировкой, подчинялись. Они сближались, неловко, механически. Принимали позы, которым их учили — на четвереньках, прижимаясь друг к другу, как звери. Повиновались инстинктам, которые им вбили.
Владельцы наблюдали. Иногда снимали на камеры. Иногда вмешивались — командовали определённые позиции, корректировали движения, поощряли или наказывали за недостаточный энтузиазм. А иногда присоединялись сами — использовали одного или обоих ЭП, пока те были в уязвимом положении, усиливая унижение.
Появились даже специальные клубы. Закрытые заведения для элиты, где проводились "шоу". На арены выводили пары ЭП, заставляли их совокупляться на глазах зрителей. Публика делала ставки — кто первый закончит, кто продержится дольше, кто откажется и получит наказание. Это называлось "образовательными демонстрациями по дрессировке" — формулировка, делающая всё легальным.
Молчание человечества
Психологи пытались объяснить, как общество дошло до этого. Одни говорили о дегуманизации — если существо объявлено не-человеком, любые действия с ним
первый секс Елены 2часть