меня за руку и повела в просторную гостиную, которая была освещена только свечами. В центре, на бархатном диване, лежали какие-то предметы, завернутые в черный шелк.
— Теперь пришло время настоящего праздника.
Они сняли с меня остатки одежды: чулки, пояс, кружева. Меня положили на пол, на мягкий, прохладный ковер. Я была в центре их внимания, полностью обнаженная и готовая.
Сначала были поцелуи и ласки. Вероника сосредоточилась на моей груди, разминая соски, а Елена Сергеевна опустилась ниже, осыпая поцелуями мой живот. Я лежала, раскинув руки, и ощущала, как два зрелых, горячих тела трутся о мою кожу.
Затем Вероника достала из шелка предмет — длинный, толстый, черный фаллоимитатор с ремнями.
— Это будет наш подарок на твое поступление, — прошептала она.
Елена Сергеевна быстро надела ремни, и Вероника, раздвинув мои ноги, властно взяла меня за бедра.
— Прими меня, Алиса. Нас обеих, — приказала она.
Наконечник страпона, смазанный чем-то прохладным и скользким, коснулся моего ануса. Я вскрикнула от неожиданности и напряжения, но Елена Сергеевна не была нежна. Она входила медленно, но уверенно, её тело напряглось от усилия. Когда она вошла полностью, я почувствовала невероятную заполненность, острую, ноющую боль, которая тут же сменилась дикой, новой волной удовольствия. Она двигалась ритмично, глубоко, а Вероника держала мои бедра, целуя меня в рот и отвлекая от боли.
— А теперь десерт, — сказала Вероника.
Она перевернула меня, уложив на массивный дубовый стол. Вероника сама легла на стол, широко расставив ноги, демонстрируя мне свою пышную, влажную киску.
— Ты хотела этого с тех пор, как увидела меня голой. Теперь бери, — приказала она.
Я послушно опустилась ниже. Её запах был сильным, чистым и невероятно возбуждающим. Я начала вылизывать, проникая языком глубоко, ощущая дрожь в её теле. В это время Елена Сергеевна встала позади меня, снова вооружившись страпоном. Она прижала меня и, придерживая бедра, начала входить в меня, на этот раз в изнывающую пиздёнку, задавая жесткий, ускоряющийся темп.
Я была полностью захвачена: мой язык работал, ублажая Веронику, а мое тело принимало жесткие толчки от Елены Сергеевны. Этот двойной акт, эта полная отдача, эта невозможность контролировать ни своё тело, ни движения, довели меня до нового пика.
Я почувствовала, как Вероника выгибается подо мной, её крики смешиваются с моими. В мощном, финальном спазме я почти без чувств сползла на пол, чувствуя, как рельефный фаллоимитатор с чавкающим звуком выходит наружу.
Утро. Я проснулась в огромной кровати Вероники, обнятая двумя теплыми, голыми женщинами. Моё тело ныло, но это была приятная, сладкая ломота, как после изнурительной, но желанной работы. Я чувствовала себя наполненной, любимой и принятой.
На кухне Вероника варила кофе. Мы сели за стол, и на этот раз не было никакого смущения. Мое тело было открытой книгой.
— Мы давно вместе, Алиса, — сказала Вероника, держа Елену Сергеевну за руку. — Мы хотели чего-то нового, кого-то чистого, кого мы могли бы научить любить. Мы увидели в тебе то, что искали.
Елена Сергеевна мягко улыбнулась.
— Ты была нашей мечтой. И ты прошла свой экзамен с отличием, племянница!
Я слушала их, и вместо страха или обиды, я чувствовала огромное облегчение и восторг. Они не просто соблазнили меня, они открыли во мне то, о чём я сама и не догадывалась, но о чём подсознательно мечтала. Я стала частью этого тайного, чувственного мира.
— Я хочу, — сказала я, и это было самое честное слово, которое я когда-либо произносила. — Я хочу быть с вами.
Вероника и Елена Сергеевна обменялись взглядами и расплылись в довольных улыбках. Моя новая жизнь только начиналась.
Девочка созрела