главный инженер только что, тут «проводил инструктаж по ТБ для секретариата» в результате которого юбка и блузка Гузели были не в самом идеальном виде. Но симпатичнее всего на углу кушетки смотрелись маленькие алые гипюровые трусики с порванной (видимо в порыве страсти) резинкой. Гузель повернула голову в мою сторону и пьяно улыбнулась наигранно смущаясь:
— Ой Алик! — хихикнула женщина, — кажется я напилась.
— Мне тоже так кажется, — иронично заметил я и предложил: — вас поддержать?
— Если тебе не тяжело. Ой… — Гузель икнула и опустив одну ногу поставила на кушетку вторую и игнорируя мой липкий взгляд на своих ляжках продолжила поправлять чулок уже на второй ноге.
Я взял женщину за плечи, а мои глаза так и сползали на лежащие на краю кушетки трусики. Наконец пьяная женщина проследила за моим взглядом:
— Ой! — воскликнула она, — давай сделаем вид что ты их не видел. Гузель подхватила их и скомкав сунула в маленький кармашек на юбке.
— Давайте, — охотно согласился я, и сразу же добавил: — но дело в том что я их видел.
Гузель поставила ногу на пол, оправила юбку и сфокусировав на мне пьяные глаза, совершенно серьёзно спросила:
— И что теперь делать!?
— Ничего. — растерянно ответил я.
— Слушай Алик, — таким же тоном проговорила женщина, — что-то я сегодня перебрала проводишь меня до дома?
— Конечно, — тут же отозвался я чувствуя как в моем нетрезвом мозгу зашевелился чертик.
— Тогда пошли, — Гузель ещё раз икнула и подхватила меня под локоть.
Тайком через черный ход мы покинули контору нашего предприятия и по темным (тогда ещё не было развитого уличного освещения) улицам отправились к дому Гузели. Её дом стоял в конце улицы и одной стороной участка выходил к областной трассе, поэтому мы шли не особо опасаясь что нас увидят соседи. Калитка была заперта изнутри на хитрый замок и пьяная женщина не смогла её открыть. Пришлось мне самому лезть через забор и на ощупь разбираться в секрете запорного устройства.
Едва мы оказались за стеной нас окутала ночная темнота. Пьяная женщина обо что-то споткнулась и буквально рухнула в мои объятия больно боднув меня лбом в плечо.
— Ай, — зашипела Гузель видимо на самом деле зашиблась.
— Как вы!? — сердобольно спросил я пользуясь случаем и стискивая её в объятиях и кладя ладонь на её упругую и объемную попу.
Вместо ответа Гузель вдруг полезла ко мне целоваться. Я, по юношеской неопытности слегка растерялся, но мгновенно взяв себя в руки стиснул женщину в руках и ответил её ищущим губам. Рот у Гузели был просто огромный, а губы довольно пухлыми из-за чего мужики за спиной шептались: «рабочий рот» Крупные груди взрослой женщины упёрлись в мою юношескую грудную клетку и я почувствовал что на Гузели под блузкой больше ничего нет. Куда подевался её лифчик который на ней точно был вначале банкета (я это точно знал поскольку пару раз заглядывал ей за пазуху когда она наклонялась.) было уже не установить. Может быть в актовом зале, или в кабинете директора… но в красном уголке его точно не было.
Впрочем, несмотря на возраст и рождение дочери, сиськи у Гузели были как у молодухи: округлые как на индийских барельефах и упругие как мячи. Я откровенно наслаждался тактильным ощущением прикосновения большой упругой женской груди. Мой член в штанах зажил своей жизнью. Дернулся. Гузель, которая как раз промежностью прижалась ко мне это заметила:
— Хочешь меня? — пьяно спросила меня женщина так просто словно спрашивала не хочу ли я пить?
Воронины часть 5