— Ты меня так заставишь с чистой совестью укоротить тебя, а потом твой язык - Алина недовольно фыркнула мне в след: - Отвечай, где был, длиннейший!
— Да, пофиг - пальцы с щелчком повернули ручку маленького замка. Алинины слова разбились о стену безразличия.
— Ты в курсе, что в ясельной группе у малышни мозг больше твоего? - раздалось раздражённое брюзжание кипевшей Алины. Тут сестра от злости шлепнула по выключателю и потушила мне свет в самый ответственный момент прицеливания. Как её терпит Эдик. Муж видно полностью сломан её острым, беспощадным каблуком. Мощная струя мочи шурша полетела мимо керамического кольца унитаза. Вот же! Что с ней не так!? Вокруг царила полная тьма. Вспыхнули снова фары. Большие, яркие фары. Свет выжигает до мозга мои испуганные глаза, плавит паникой мечущийся разум. Мгновенье, моя голова разлетится от удара об эти жёлтые круги с лампами, как спелая дыня с красной мякотью. Жаркий запах пыльного металла вперемешку с испарениями бензина щекотят ноздри. Мелкие камушки летящие из-под колёс с облаками пыли застыли в воздухе. Шершавый асфальт каменной губкой трёт ладони своими неровностями. Фара коснулась кончика моего носа. Огромная конструкция автобуса нависла надо мной, как чёрная тень жнеца. За выпуклым, грязным стеклом открыл рот в ужасе водитель. Он словно хотел проглотить мутное отражение улицы со всеми домами, вывесками и людьми. Прямо не человек, а восковая фигура в музее мадам Дюссо. Его движения, его мимика остались неизменными, как на фотографии. Оторвав мимолетный взгляд от необычного зрелища, недолго думая я откатился в сторону. Прочь от зелёного вестника смерти. Автобус остался в стороне. Напоминанием о близкой опасности было лишь ощущение после пластика фары на носу. Будто кто-то по носу щелкнул. Я медленно поднялся. Мозг затормозил все вокруг или это я так разогнался? Но факт остаётся фактом : все вокруг замерло. Меня это потрясло до самых дальних уголков души. И одновременно заполнило душу страхом полного одиночества в мире безмолвных истуканов. Статуи из людей были повсюду. От этого по спине пошёл холодок. Находясь в безопасности на тротуаре, я только и мог, что хлопать глазами. И все же, я жив. Паника сменилась любопытством. Я осмотрелся в царстве безмолвия. Группа парней недалеко от меня курила электронные сигареты. Дым облаками выходил из их лёгких, напоминая причудливые. воздушные шары неправильных форм. Рядом проходила толстая девушка, полностью поглощенная смартфоном. Её нога застыла согнутой в колене, другая оторвалась от земли и стояла только носком. Со стороны казалось невозможным, что человек с такой массой может так стоять на цыпочках.
— Чудеса акробатики! - мне стало вдруг смешно. Мои мысли сосредоточились на ощущениях внутри головы. Уши взорвал фонтан звуков, мир ускорился до своего нормального состояния. Громко сигналя, сжигая покрышки с тормозными колодками, автобус остановился через пару десятков метров. Чёрные следы от колёс закрасили асфальт, где раньше стояли мои ноги. Я громко сглотнул:
— Свет включи, коротышка! У меня тут ЧП!
Теперь молчание работало в мою сторону. Раз так, сейчас я выйду и заставлю её вытирать лужу. Тут пальцы на ногах почувствовали, что окунулись во что-то мокрое с температурой южного моря. Все-таки наступил! Сейчас я ей устрою! Из моего рта вылился поток грязных ругательств.
Дверь от толчка распахнулась, я выскочил в прихожую. Алина стояла там. Только она выглядела такой же, как водитель из моего воспоминания позавчерашнего дня. Фотография из плоти и крови.
— Я из-за тебя лужу сделал на пол, слышишь ты!? - меня разрывали на куски гнев и злость. Они бурлили во мне первородным
Город ангела