привлекает, сидит голая, обспусканная, потеряв всяческое женское достоинство, пьяная, с раздвинутыми ногами и вываленными сиськами — и никто не обращает на неё внимания. На неё снова накатил тяжелейший стыд. Но она не стала прикрываться, решив испить эту чашу унижения до дна.
Через полчаса такой пьянки вернулся Дэн. Ещё больше злой, чем до происшествия с его девушкой.
— Да ну её нахуй, мозг ебать вздумала. Объясняю же — блять, сняли, что такого, нихуя не понимает, сука! — буркнул.
Он накатил и снова набросился на Наталью, вымещая злость на ней: в рот до слёз, в попку до боли, шлёпая по сиськам, кусая соски.
В конце они все кончили ещё раз — кто куда. Она уже не ощущала разницы между вагиной и анусом. Нервничая, она ещё и перепила, и теперь с трудом фокусировалась на реальности. Лёша, скорее всего это был он, проводил её обратно в комнату, где она переодевалась, и избавил от мокрой липкой тряпки.
Глаза, пряные, испытующие, встретили её блуждающий взгляд:
— Ну, ты как?! Всё нормально? — спросил он, осматривая её плачевный вид. — Может, в душ сходишь?
— Нет, Лешенька, так поеду! — со смехом откликнулась Наталья.
Покачиваясь, она начала переодеваться. Трусики оказались в руке — мокрые и липкие, бесформенная тряпочка, пахнущая срамом. Она надела их обратно — тёплая сперма прилипла к лобку, к губам. Испорченное платье отправилось в сумку. Лёша принёс из зала разбросанные туфли. Всё было сложено. Переодевшись, она, прикрывшись всё той же марлей, выскользнула в подъезд и через пятнадцать минут была дома. Ехала на такси — потная, разъёбанная, с саднящими сосками, с полной пиздой и попкой чужой спермы, с вкусом молодых членов на языке. И улыбалась в темноте салона.
На её счастье, сын ещё не вернулся, и Наталья с наслаждением набрала ванну, постепенно приходя в себя. Тело её сладко ныло, между ног чувствовались растянутые губы и задний проход. Щель была пунцово-алая. "Вот так омолодилась" - Затряслась женщина в безвучном пьяном смехе.
Откиснув, Наталья добралась до постели, где предалась таким свежим воспоминаниям. Долго терпеть после такого было невозможно, и она довольно ярко и скоро кончила, прокручивая в голове сцену прошедшего вечера. А после, свернувшись калачиком, мгновенно заснула.
Проснувшись утром, Наталья долго не могла сообразить, кто она и где. Но окончательно пробудившись — успокоилась. Встала, заглянула в комнату сына — тот спал. Был выходной и довольно рано. Стараясь не шуметь, Наталья занялась завтраком, потом пошла заложить стирку. И вот тут её ожидал неожиданный сюрприз:
Сверху, в корзине белья, лежали боксеры Олега. И на них Наталья с поднявшимся изнутри холодом заметила такие хорошо знакомые блёстки для тела.
Дорога из аэропорта