возможности для сплетен о себе и своем муже? Ей бы хотелось, чтобы Тони держал ее в руках только с помощью шантажа или силы. Но хотя у него, безусловно, было достаточно оснований для шантажа, между ними никогда не было ничего большего, чем невысказанный подтекст.
По правде говоря, Эми была порабощена своими собственными желаниями. Она много раз думала о том, чтобы повернуть назад, как в машине, так и просто бегом; не показываться на людях, поехать домой и спрятаться в комнате. Во многих отношениях это был бы простой и разумный выбор. Она его не могла выбрать. Тони - человек, которого ее муж ненавидел больше всех на свете, - обладал темной, чувственной загадочностью. Саша называла это магнетизмом. Эми хотела его больше, чем чего-либо в своей юной жизни, и была готова сделать все, о чем он ее просил, чтобы заполучить его.
Церковь открылась как раз в тот момент, когда она подошла к парадным дверям, и толпа начала заполнять ее, большинство глаз отворачивалось от нее. По крайней мере, она правильно рассчитала время своего выхода из машины. Она не могла дождаться, когда сможет спрятаться за скамьей, стать невидимой для людей впереди и позади нее и не обращать внимания на тех, кто сидит в ее ряду.
— Фрэнк, погляди-ка! Она услышала возмущенный шепот за своим левым плечом, за которым последовало отрицающее шипение того, кто, как она предположила, был Фрэнком.
Она совершила ошибку, обернувшись и посмотрев прямо в лицо пожилому белому мужчине, который, без сомнения, пялился на ее задницу.
— Прошу прощения, юная леди, - его голос был похотливым из-за елейности, - пожалуйста, простите мою жену. Она просто завидует. Это действительно прекрасный наряд. Он действительно... э-э... вам идет. - И он на самом деле подмигнул ей, черт возьми.
Она поспешно отвернулась и продолжила движение, изо всех сил стараясь удерживать одной рукой подол юбки, прикрывающий ее задницу и слышала, как пожилая пара продолжает перешептываться шепотом.
К тому времени, как она переступила порог, она уже сгорала от стыда и непонятного возбуждения. Ей хотелось присесть и покончить с этим.
Как раз в тот момент, когда она искала свободную скамью, зазвонил ее телефон.
Хорошая девочка, Эми. Ты пришла, одетая, как я и просил. Я впечатлен. Боюсь, мне нужно, чтобы ты сначала кое-что для меня сделала, прежде чем сможешь сесть. Прежде чем ты сможешь продолжить свое задание.
Сейчас ты пойдешь в ванную, снимешь свои трусики и выбросишь их в мусорное ведро в коридоре. Они тебе больше не понадобятся.
Она замерла на полушаге, читая сообщение от Тони, а обсуждающая ее пара, шедшая за ней, чуть не налетела на нее сзади.
Как она могла это сделать? Не было никакой возможности. Не было времени, служба вот-вот должна будет начаться. Она дико огляделась в поисках Тони, в поисках подсказки, хоть чего-нибудь.
Ее телефон завибрировал еще раз.
Время есть, если ты поторопишься. Делай прямо сейчас. Если ты этого не сделаешь, задание будет провалено, что бы ты ни делала дальше.
Эми мысленно выругалась. Повернувшись, она пробормотала себе под нос "туалет" и протиснулась мимо возмущенных лиц пожилых прихожан, чтобы добраться до туалетов в задней части церковного зала. Тех самых туалетов, где Тони заманил ее в ловушку в первый раз.
Она заперла за собой дверь кабинки, дыхание стало невыносимо частым, сердце бешено колотилось в груди. Готова ли она в самом деле... Могла ли она... У нее не было времени подумать об этом. Служба вот-вот должна была начаться, и прервать ее своим возвращением было бы еще хуже.
Она запустила руку под подол своей юбки, подцепила большими пальцами резинку трусиков с
Выгодная сделка (Излечение от блуда)