как смесь соли и мускатного ореха. Мужчина продолжал водить рукой по члену, выжимая остатки: вторая порция попала на язык, третья — на губы, размазываясь по лицу. Юноша отпрянул, но Лех удержал его, заставляя облизать последние капли с головки.
— Хороший мальчик, — довольно выдохнул мужчина.
Рен вернулся в лагерь только через два часа, ему пришлось возвращаться к реке и снова хорошенько себя вымыть. Лех ушел почти сразу, потрепав его по голове, и бросив напоследок:
— Малыш, ты же понимаешь, что это наш секрет? — улыбка была недоброй, натянутой.
Парень только коротко кивнул.
— Вот и молодец. Какие губки! — засмеялся Лех и ушел, насвистывая что-то веселое.
Поздно вечером на него опять кто-то залез. Шептал что-то ласковое, называл Юленькой… Плевать, Рену было на все плевать. Он просто терпел. Когда же все закончится? Стон, горячее внутри, шлепок по заднице. Дверь. Тишина.
Учительница Елена Николаевна. Дорога домой (в мужском туалете)