Первые съёмки, на которых ддевушек жестоко выпороли резиновыми скакалками и что также было первой поркой в их жизни, прошли осенью, а потом были новые, на которых их высекли розгами на деревянных занозистых козлах. Новый год Лена Светлова и Таня Зубова провели на излечении. Домой их на этот раз не отпустили. Было опасение, что им потребуется серьезная медицинская помощь, а медосмотр был невыгоден никому. Георгий объяснил девушкам, что с милицией они всегда договорятся, но если придется подчищать хвосты, то проблемы возникнут у всех. И у них в том числе. Неофициальный лазарет находился в полуподвальном помещении, с окнами, заделанными фанерой.
Лечить приходилось не только попы, но и всё тело. Съёмки про порку похищенных гламурных девушек происходили в настоящем подвале и там же сколотили козлы, от которых все их нежные тела были в занозах, что, естественно, было предусмотрено сценарием. Выходили эти занозы долго, хотя врач, старый знакомый режиссёра Никиты Гухмана, известный в городе специалист, неофициально подрабатывающий в порностудии, залатывая истерзанных во время съёмок девушек, постарался привести их красоту в порядок.
Жёсткие кушетки и жжение сверху и снизу, прерывистый тяжёлый сон... Лена и Таня уже не верили, что смогут покинуть лазарет. Здесь они и встретили 1 января. Впрочем об этом дне они узнали потому, что зашёл Георгий с трубкой и предложил им позвонить родным и сказать, что у них всё в порядке. Девушки выполнили его просьбу беспрекословно. Им не хотелось тревожить родных и в душе оставался страх, что их могут не выпустить. Но вскоре врач осмотрел девушек и сказал, что они могут идти. Одежду им привезли. Когда они вышли на воздух и пошли по улице, у них было чувство, что они вышли из тюрьмы. Было самое начало января. Город вокруг был украшен и все ходили веселые. Подруги шли по улицам оглядываясь и щурясь от солнца.
Лена Светлова увидела раскатанную ледяную дорожку. Она подумала, что раньше непременно бы по ней прокатилась, но теперь совсем не хотелось веселиться, да и причины не было. Она растерянно поглядела на подругу. Та шла мрачная и погруженная в свои мысли.
— Куда пойдем?
— В театральный, конечно.
В институте они прошли в кабинет методистки. Та поглядела на них мрачно.
— Садитесь.
Таня огляделась и села на стул с опаской. Лена медленно уселась рядом. После месячного излечения задницы у них совсем не болели, но опасение перед посадкой ещё сохранилось.
Методистка заговорила об их успеваемости. Началась сессия, а у них ещё хвосты по зачетам. Хорошо, что многое они успели сдать заранее. Она сказала, чтобы девушки срочно искали преподавателей и сдавали зачеты, а потом экзамены. Слушать это было неловко, особенно после первых месяцев успешной учёбы. Но девушки осознавали свою вину и не могли ничего возразить.
— Вы хоть можете объяснить свои прогулы и странное поведение?
— Мы... мы все сделаем – Таня Зубова встала. Лена тоже поднялась и от волнения чуть не вышла в коридор не прощаясь.
— Да что вы всё в облаках витаете? Надеюсь, вы никакие вещества не стали принимать? Столичная жизнь с её соблазнами это понятно, но помните, что здесь не школа. У нас большой конкурс и никто за вами бегать не будет.
Девушки вышли в коридор. Они решили не возвращаться, пока не найдут обоих преподов, у которых были долги. Таня подошла к расписанию, почитала его и указала на что-то пальцем. Лена кивнула и пошла за ней.
Подруги шли по тихому коридору. Вдруг сзади раздался резкий мужской окрик:
— Стоять!
Девушки сильно вздрогнули и оглянулись. Их догонял Вася с их курса. И крикнул им просто так,
Ночка после вечеринки.