книг, и мы завели с ней привычку обмениваться книгами из наших небольших личных библиотек. При встрече мы обсуждали прочитанное и делились общими размышлениями.
Не раз я заглядывалась на ее губы или розовеющие щеки, и не раз ее пальцы касались моих в тот момент, когда я протягивала ей через прилавок мешочек с травами. Я, имевшая не малый опыт подобного общения с женщинами в столице, очень ценила и такие маленькие проявления нежности, девушка же, возможно, не замечала их совсем. Или, по крайней мере, не замечала их вначале. Со временем ее пальцы стали задерживаться возле моих, а иногда, во время разговора, я замечала, как она задумчиво прикусывает губу, остановившись взглядом на моей обнажившейся ключице. Я даже стала специально надевать платья, которые бы позволяли мне, нагибаясь над прилавком, показывать ей грудь, и девушка, несомненно, обращало на это внимание. Я видела, как учащается ее дыхание, и как она краснеет и отводит взгляд.
Прошло около месяца подобных разговоров, прежде чем я решилась сделать первый шаг, и сразу оговорюсь, что ни в какой момент меня не волновал тот факт, что девушка была замужем. Для меня любовь или физическая близость между двумя женщинами всегда было чем-то не касающимся мужчин. Я дала девушке книгу, в которой героиня сначала влюблялась в свою подругу, а потом и отдавалась ей. Книга была выбрана мной не случайно, значительная для меня сцена в ней была небольшая, и девушка могла легко ее не заметить. Я зареклась оставить свои планы на нее, если, прочитав эту книгу, девушка не проявит к сцене никакого интереса.
Результат превзошел мои ожидания, хотя поняла я это не сразу. На следующую неделю девушка не пришла в аптеку. Я забеспокоилась. Она не пришла и на следующую неделю, и я даже осторожно спросила о ней в соседней лавке, в которой продавали сыры. Хозяин лавки пожал плечами, и сказал, что видел ее совсем недавно. Я затревожилась, что переоценила открытость моей новой подруги к подобным идеям, и зареклась в следующий раз быть осторожнее. К счастью, через несколько дней она появилась в моей аптеке.
На ней было зеленое платье, доходившее ей до колен, короче, чем любое, которое я видела на ней раньше, и ее лицо было напудрено и накрашено. Ее глаза блестели. Она подошла к прилавку будто ничего не переменилось, но я сразу увидела, что в ее глазах горит огонек, которого я никогда не видела раньше. Я, изображая, будто ничего не замечаю, спросила ее о прочитанной книге. Она смутилась, и сказала, что книга была неплохая. Ее щеки при этом покраснели, а глаза заблестели еще сильнее. Она оперлась о прилавок, и я протянула руку и положила ладонь ей на запястье. Она встретилась со мной взглядом, и несколько секунд мы просто смотрели друг другу в глаза. Я видела, как участилось ее дыхание. У нее за спиной возникла старушка, одна из моих ежедневных посетительниц.
– Я сейчас пойду в кладовку, – сказала я громко, – Чтобы забрать ваш заказ. Вы не хотите мне помочь?
– Хочу... – пролепетала девушка. Она прошла за мной за стойку, и через коридор в кладовку. Я прикрыла за нами дверь, и оказалась с ней лицом к лицу.
– Я... – прошептала она. – Думала о вас...
Я поцеловала ее. Она зажмурилась, я положила ее руки на свои бедра. Ее губы оказались мягкими и податливыми. Я прижала ее к стене. Она поймала мою ладонь и потянула ее вниз. Я с удивлением поняла, что она задрала подол своего платья, и пытается прижать мою ладонь к
Будь моим любовником