не было. Мимо остановки прошёл мужик с бутылкой, явно к другу.
— А вы автобус ждёте? Его сегодня не будет. Рейс был пробный. По расписанию автобус, после 9 мая будет ходить регулярно.
— А как домой теперь попадать? Нам ведь в понедельник на работу надо.
— Завтра автобус утром будет и после обеда.
— Отсюда, до Выборга далеко?
— Километров сорок. Если очень ехать надо, подождите, может, кто на машине приехал и поедут в город, – подвезут.
Мужчина ушёл. Мы около часа просидели на остановке, но машины всё шли, только на дачи. Солнце приблизилось к горизонту, пришлось идти обратно. Мы уже поднялись, до половины тропинки, когда увидели «Жигули» в сторону Выборга. Но было поздно, машина, уже удалялась. По осадке было понятно, что там и без нас народу больше нормы. Со второй половины тропинки ни остановку, ни дорогу было уже не видно.
— Ну и хорошо, хоть вещи завтра досушу. С утра ведь тут будем.
В домике было жарко и парно, как в бане. Спать тут будет невозможно. Я опять открыл окна и двери, а Даша стала готовить постель. Подушки набивались сеном, поэтому они были пустыми. Вместо сена она насовала, туда всяких занавесок и простыней. Матрац положили на рундук, сверху старенькая простыня, такая же простыня, под одеяло. Одеяло было сшито, из полутора байковых одеял. На заборе, я видел их два. Так что если будет холодно, под одним, то мы накроемся двумя.
Пока возились с постелью, домик проветрился. Из-за высокой влажности сначала показалось, что стало прохладно. Я пошёл, за дровами, пока ещё светло, а Даша занялась ужином, из остатков еды от обеда. Тётя говорила, что в погребе навернека есть хороший запас съестного, но свечку мы не нашли, а лезть в сумерках в незнакомый погреб довольно опасно.
Пока ужинали, в домике опять стало тепло. Пришлось раздеваться, по-домашнему. По городским меркам время было очень раннее, но здесь электричества не было, а свечку мы так и не нашли. Даша позвонила домой, по мобильному телефону объяснила причину нашей ночёвки. Попросила узнать у тёти Поли, есть ли на даче свеча. Если мыши не съели, то свечка должна быть на чердаке в металлическом пенале, от сигары. Остальные свечи в сейфе в погребе. Наличие сейфа удивило, но тётя Поля успокоила, что там золота нет. У старого сейфа потеряли ключи, поэтому его списали, ещё при коммунистах, а она его приспособила для защиты съестного от мышей.
Ни на чердак, ни в погреб, уже не залезть. Решили ложиться спать.
Кто-нибудь может спокойно спать с любимой женщиной? Вот и я не смог. Во время ласк обнаружил, что она ещё и без трусов. Если дома боялись пискнуть и скрипнуть, то здесь нам никто не мешал. Провозились часа два. Даша не только постонала, но и негромко покричала. И вновь, я удивлялся её темпераменту. Стоило трудов соблазнить её, зато потом остановилась лишь после того, как вся потенция у меня кончилась и член был в расслабленном состоянии.
— А говорила, что не хочешь моего писуна в свою писю.
— Не хотела. Мне дневного захода твоего дружка в мою писю хватило.
— А тогда зачем трусики сняла?
— Так днём столько накачал, что до туалета не донесла. Пришлось их постирать.
Они так и не высохли. Сам стал бы в мокрых спать? В туалет бы надо. А на дворе темно, как у «Негра в заднице». Хорошо вам, мужикам: «Сунул, плюнул и лежи. Муж мне один раз кончит и спит. А тебе одного раза мало, ты до изнеможения бесишься Сережка.
Мои похождения в лагере часть 2