был скалистый обрыв к участкам, а здесь с трёх сторон был склон вниз, от участка. В прогалах между деревьев было видно расстилающееся, от подножья море леса, кое-где проткнутое каменными глыбами!
— Пора домой. Сегодня опаздывать нельзя, — завтра рабочий день.
Даша хотела подмыться, но я остановил её.
— Всё равно же подмываться.
— Нахал ты Серега! Наглец! Маньяк! Сколько можно?
— Дашенька! На дорожку! Последний разик!
— Знаю, я твой разик. Опять на полчаса. Давай только по-быстрому!
Поставила ковш на рундук и наклонилась к окну, выставив свою задницу.
Может, прошло и полчаса. Но мне показалось, больше. У Даши, уже сел голос, пока я соблаговолил закончить, её трахать. Правда, за эти выходные так истощился, что сам понимал и чувствовал, что спермы вышло три капли. Зато потом, мы так нацеловались, что губы опухли.
Народа в автобусе было много. Но нам досталось одно место на двоих. Я посадил подругу на колени и всю дорогу осторожно прижимал к себе.
К первой жене, после секса всегда было какое-то охлаждение. Да и целовались мы совсем мало. А к Даше было такое чувство, что даже сердце волновалось. Какая-то необъяснимая нежность, бережность, хоть до того, хоть после, хоть и без этого. И совокупление было не следствием ласк, а как бы частью этой страсти. Возможно, будь Даша чуть холоднее, я не стремился бы так к близости. Но она всегда, так страстно реагировала, что хотелось бесконечно давать ей это наслаждение.
Всю дорогу Даша спала, прижавшись к моей груди. А я боялся дышать, чтобы не беспокоить её. На рытвинах напрягался, пытаясь смягчить толчки. К высадке так занемела нога, что едва расходил её.
— Это из-за меня Сереженька? В следующий раз ты на моих коленях поедешь.
Второй выезд на дачу.
День Победы в этом году приходился на среду, поэтому выходные не переносились.
После праздника Дашу вызвали в полицию. Во время этапирования, для допроса по делу о бандитизме, её муж сделал попытку побега и был убит. Теперь ей предстояло ехать на опознание куда-то под Саранск. Поэтому на дачу мне предстояло ехать одному. Чай, хлеб, колбаса, всё, что мне было надо. Я ехал с ночёвкой, чтобы не терять время, да и деньги на дорогу.
Бурьян высох, но горел неохотно. Пока пламя было хорошее, я ремонтировал изгородь. Часть штакетника оторвалась. Работа не сложная, но не очень привычная. Лицевую часть пришлось ремонтировать тщательнее, а на боковых, я учился. За два года штакетника отвалилось много. Тётя сказала, что зимой, из-за скал снега наметает метра три, а то и больше. Этим снегом и отжимает штакетник при таянии.
Когда огонь костра слаб, складывал не сгоревшее в средину, пламя снова разгоралось. День был пасмурный, но без дождя. Пошёл топить печку. Пообедал. Хотел подремать, но кто-то позвал снаружи. Похоже, женщина ищет кого-то. Чуть не упал, когда за калиткой увидел Валю дочь Даши.
— Ты чего здесь?
— Поесть вот привезла. И чтобы тебе не скучно было. Мама же уехала.
— Валя! Я же не маленький! Мне не скучно и не страшно. Езжай обратно.
— Поздно. Сегодня два последних рейса отменили, из-за ремонта дороги. Я на последнем приехала.
— Что теперь про нас подумают?
— И пусть думают! Я тебя люблю, поэтому не смогла оставить тебя одного.
— Валь! Ты такая красивая, что я могу не удержаться. Тебе это надо?
— Надо! А то ты совсем на меня внимания не обращаешь. Знаешь, как обидно?
— Тебе мальчиков мало? На тебя все смотрят, как на картинку.
— Мне кроме тебя никого не надо. А ты не смотришь. Я знаю и вижу, что ты маму любишь, а я тебя люблю. Может
Странная любовь... 2