с Гатисом она пыталась убедить его рассказать правду Анне о своих левых похождениях, но каждый раз их разговору мешали посторонние люди, прерывающие их беседу, да и её мать, казалось, делала всё возможное и невозможное, чтобы остановить Жанну. Но вот она, наконец, наедине с сестрой… внезапное желание признаться во всем нахлынуло на неё, хотя это и был день свадьбы Анны, так что как бы и не совсем лучшее время для правды. Но какая-то мстительная заноза ковыряла её душу и она решилась.
— Слушай, Анна, я… — запнулась вдруг Жанна, не в силах продолжать.
— Да, что ты хотела сказать? — спросила сестра, повернувшись к ней с милой улыбкой на лице.
— Я хотела сказать тебе, что надеюсь, вы с Гатисом будете счастливы, потому что ты этого действительно заслуживаешь… Я люблю тебя, сестричка! — Передумала Жанна в последний момент, обнимая сестру.
В этот момент дверь открылась, и вошла их мать, как обычно, чрезвычайно элегантно одетая. Красивое тёмно-синее платье без бретелей, длиной до середины икры, удерживаемое на теле завязками вокруг груди. Её ноги были обтянуты чёрными чулками со швами, на ногах — синие туфли на шпильках (под цвет платья), а шляпка того же цвета, что и платье, с кружевной вуалью, закрывающей лицо, завершала образ зрелой дамы с утончённым вкусом.
— Машина уже здесь, дорогая доченька, пора! — взволнованно объявила она, помогая Жанне поднять свадебное платье Анны, чтобы оно не повредилось на лестнице.
Тем временем перед Юрмальским ЗАГСом Гатис, одетый в серый костюм, белую рубашку и светло-голубой галстук, нервно расхаживал взад-вперед, ожидая приезда своей будущей жены. Иварс, его отец, приехавший на церемонию со своей очередной новой спутницей жизни по имени Катерина, подошел к нему, пытаясь успокоить сына:
— О, малыш... не волнуйся, всё будет хорошо!
— Да, прости, папа, я просто немного нервничаю, но это пройдет!
— И правильно сделаешь, ибо если ты будешь продолжать ходить туда-сюда перед ЗАГСом, ты выроешь траншею перед ним, и мы больше не сможем туда попасть!!! — пошутил отец, ласково и игриво похлопав его по щеке, - Твоя мама бы тобой гордилась, мой мальчик!!!
— Спасибо, папа!
Кабриолет, за рулем которого сидел сержант ВВС, а в салоне находились Анна и её отец в генеральской форме, наконец подъезжает к зданию ЗАГСа. Все, собравшиеся перед ним, дружно аплодируют. Гатис, словно во сне, видит свою Анну, с достоинством вышагивающую к нему.
— Моя дорогая… Ты прекрасна, ты великолепна, похожа на принцессу из сказок Андерсена! Ханса Кристиана или как там его!
— Ты тоже очень красив, моя любовь! Как принц Эрик!
Анна с Гатисом входят в здание на улице Паула Страдыня шесть, за ними следуют гости, которые вскоре столпятся в главной ауле (зале), где будет зарегистрирован их брачный союз. После этого они обменяются клятвами вечной верности в церкви, а затем все соберутся на напитки и ужин в превосходном юрмальском отеле, арендованном специально для этого особенного дня, с видом на море. Когда молодожены прибывают после свадебной фотосессии, все гости аплодируют им. Ужин, приготовленный другом Ричарда, шеф-поваром ресторана «Перле», превосходен, а вино, выбранное отцом невесты, знатоком изысканных вин, льется рекой.
— Твоя жена великолепна, мой мальчик! — воскликнул отец Гатиса, которого под руку сопровождает Катерина, которая откровенно не нравилась его сыну.
— Спасибо, папа, это мило! — сказал он, наблюдая, как тот целует Анну и поздравляет её, ненароком замечая, как взгляд папы задерживается на декольте его жены.
Удивлённый, но не рассерженный этаким вольным обращением папы со своей снохой, Гатис был даже рад за папу, что у него сохранились эмоции, ведь он был
Моя первая ночная забава...