уверен, что Катерина, не отпускавшая ни на минуту его отца и почти никогда не улыбавшаяся, никак не могла доставлять его в нирвану каждую ночь в постели. И в его голове даже промелькнула странная картина - Анна и его отец занимаются любовью.
— Ну, думаю, я уже достаточно выпил! — заявил Гатис, ставя на стол бокал шампанского, пока его друзья с озорным удовольствием снова и снованаполняли его, едва он успевал хоть немного опустеть. Анна, переполненная радостными эмоциями от церемонии и немного опьяневшая от шампанского, присела рядом с ним, пока Гатис наблюдал за её братом Томасом, угрюмо смотревшим по сторонам на своём стуле в углу зала, и за её матерью и сестрой, с удовольствием танцевавшими с молодыми мужчинами.
— Дорогая… Почему то у меня такое чувство, что твой брат сегодня дуется на нас?
— Возможно, потому что этот самый брат сегодня утром дал мне понять, что недоволен нашей свадьбой, попытавшись схватить меня за попу, и в ответ получил от меня оглушительную пощёчину! — чётко ответила Анна, рассмеявшись, а затем сделала глоток вина, к удивлению мужа.
Свет погас, музыка немного затихла, уступив место великолепному свадебному торту, который принесли к главному столу, за которым сидели жених и невеста. Насладившись карамелизированными пирожными с начинкой из восхитительного ванильного крема, гости вернулись к танцам. На них посыпались надувные шарики, и дети на вечеринке один за другим подбирали их, чтобы схлопнуть их в углу комнаты.
Позже тем вечером Гатис наблюдал, как его отец молча сидит за столом с этой пустышкой Катериной, а остальные танцуют и веселятся.
— Мне его очень жаль!
— Что ты сказал, дорогой? — спросила Анна, едва расслышав его из-за громкой музыки 80-х, разносившейся по всей ауле.
— Я сказал, что мне жаль моего отца. Посмотри на него с этой его дурочкой! Папа раньше обожал танцевать и веселиться с моей матерью, а эта... Уверен, что это она его останавливает и тушит!
— Да, я понимаю, бедняга! — сочувственно сказала Анна. — Но почему он сошёлся с этой женщиной?
— Наверное, чтобы чувствовать себя менее одиноким в повседневной жизни, на мой взгляд, хотя, уверен, папа сделал ужасный выбор секс-партнерши… Кстати, я заметил, что он пялился тебе в декольте! Кажется, он прибалдел от твоих грудок!
— Ты… Ты шутишь? — смущенно спросила Анна, инстинктивно поправляя свадебное платье. Гатис лишь насмешливо улыбался.
— Не переживай, я всего лишь горжусь тем, что мой отец находит мою жену привлекательной… И это доказывает, что он всё ещё мечтает увидеть рядом с собой красивую женщину, такую как ты, а не этот пылесос, который, должно быть, опустошает все его банковские счета! — заявляет он, добавляя, - Ах, если бы я только мог найти ему другую женщину на вечер, чтобы он забыл об этой Катерине!
— Ты мог бы подумать о моей сестре, но, кажется, она нашла себе ковбоя на ночь, смотри! — шутит Анна, указывая на Жанну, с которой флиртует молодой офицер в баре.
Вспоминая всё, что произошло полгода назад, Гатиса снова терзает боль от того, что он так и не смог признаться Анне в своей неверности, в том, что он согрешил с её матерью и с этой самой сестрой Жанной, тем более в групповичке.
Есть только один способ забыть всё это и хорошо провести вечер. Это алкоголь - рецепт простой. Молодожёны выпивают ещё несколько бокалов, всё больше пьянея. Наблюдая за тем, как Анна и его отец танцуют вместе, в его голове промелькнул образ жены с отцом, который он видел ранее. У Гатиса под столом мгновенно возникла эрекция.
Пленница. Побег или неволя. Часть 6