о погоде, о журнале. Ирина флиртовала тонко: то откидывала волосы назад, обнажая шею и вытирая пот, то наклонялась ближе, чтобы подложить ему виноград. Её взгляд задерживался на его губах, на руках.
— Вы молодой, энергичный, — сказала она вдруг, улыбаясь. — Такие, как вы, всегда нравятся женщинам постарше. А я... ну, после мужа осталась одна. Скучно иногда.
Дмитрий кивнул, не зная, что ответить. Напряжение висело в воздухе — лёгкое, но ощутимое. Он напомнил себе, что приехал за интервью и уедет вечером, но уже чувствовал, что день может затянуться.
Вдруг Ирина встала, потянулась, как кошка, демонстрируя гибкость, и волосы рассыпались по спине.
— Ой, я вся вспотела. Пойду переоденусь и поплаваю в бассейне — освежусь. А вы располагайтесь, ешьте, отдыхайте. Интервью начнём позже, ладно? Эта часть дома в вашем распоряжении.
Она снова подмигнула и вышла, оставив за собой шлейф аромата и лёгкое возбуждение. Дмитрий смотрел ей вслед — на то, как лосины обтягивают попку, — и понял, что уехать вечером может оказаться не так просто.
2.
Дмитрий остался один в просторной кухне-столовой, допивая вино и лениво перебирая закуски. Солнце жарило неумолимо, отбрасывая длинные тени через стеклянные стены, и бассейн за окном искрился золотистыми бликами. Он пытался сосредоточиться на вопросах для интервью — блокнот лежал рядом, — но мысли то и дело возвращались к Ирине: её спортивной фигуре в красном спортивном костюме для качалки, капелькам пота на коже, игривому взгляду. Время шло медленно. Он решил не торопить события и просто подождать, как она просила.
Прошло около часа, когда он услышал шаги по плитке террасы. Дверь на улицу открылась, и в дом вошла Ирина — свежая после плавания, с мокрыми блондинистыми волосами, распущенными по плечам и спине. Вода стекала по прядям, капая на пол и на кожу. На ней был ярко-зелёный экстремально откровенный монокини-стринг — скорее набор тонких, блестящих от воды полосок ткани, чем полноценный купальник. Полупрозрачный верх едва прикрывал соски полной, упругой груди, затем переходил в узкие ленты, образуя большой овальный вырез в центре, полностью обнажавший плоский загорелый живот с рельефом пресса и пупок. В промежности ленты сходились в минимальный треугольник, а сзади треугольник превращался в тонкую нить, полностью исчезавшую между округлыми, еще крепкими ягодицами, оставляя их абсолютно голыми. Купальник сидел как влитой, выделяя изгибы и мышцы её подтянутого, тренированного тела — широкие плечи, рельефные руки, подкачанные ноги. На ногах — высокие прозрачные каблуки, которые цокали по плитке, добавляя походке вызова и делая фигуру ещё более доминирующей.
Она прошла мимо стола, не глядя на него сразу, и направилась к холодильнику за бутылкой воды. Дмитрий невольно замер, уставившись на неё: вид сзади был ошеломляющим — полностью обнажённые ягодицы слегка покачивались при ходьбе, мышцы спины и бёдер играли под влажной кожей, а тонкая зелёная нить только акцентировала наготу.
В этот момент он, не задумываясь, взял руками несколько ягод клубники и отправил в рот — сок капнул на пальцы.
Ирина повернулась резко, заметив это краем глаза. Она поставила бутылку и подошла ближе, скрестив руки под грудью, что сделало вырез ещё более глубоким и приподняло грудь. Её голубые глаза сузились в высокомерно-шутливой гримасе, губы изогнулись в презрительной улыбке.
— Ой, Дмитрий, милый, — произнесла она низким голосом, с ноткой насмешливого превосходства, как будто учила нерадивого мальчишку. — Вы что, в лесу выросли? Едите руками, как какой-то дикарь? В моём доме есть вилки и салфетки, знаете ли. Мужчины должны вести себя... цивилизованно.
Она произнесла это с лёгким смешком, но в тоне сквозило высокомерие — словно она, опытная хозяйка, снисходит до
Мужик на яйцах