то просто смотрела на него долгим, эротичным взглядом.
Прошёл час — интервью почти не продвинулось, но напряжение висело густое, как жара. Дмитрий был в возбуждении, она — в полной власти над ситуацией, эротичная, соблазнительная, но с лёгкой, неприступной дистанцией, как королева, дразнящая подданного.
Наконец, она встала, потянулась всем телом — грудь, бёдра, ягодицы в красных стрингах — идеальная картина.
— Ой, жарко невыносимо. Пойдёмте в дом, выпьем чего-нибудь прохладного. В спальне кондиционер лучше... Там и поговорим по-настоящему.
Она подмигнула, повернулась и пошла вперёд, бёдра покачивались, стринги мелькали. Дмитрий выключил диктофон, встал и последовал — зная, что интервью вот-вот перейдёт в нечто совсем другое.
5.
Они вошли в спальню Ирины — просторную, прохладную комнату на втором этаже с огромной кроватью под балдахином, кондиционером, гудящим тихо, и высокими окнами на сад. Здесь действительно было гораздо свежее. На прикроватном столике уже стоял поднос с бутылкой охлаждённого белого вина и двумя бокалами — она явно подготовилась заранее. Трудно было спокойно наблюдать, как узкий треугольник ткани плотно обхватывал лобок, исчезая затем между мускулистыми ягодицами, а соски на обнаженной груди слегка затвердели от прохлады. Блондинистые волосы рассыпались по плечам, очки она сняла, открыв голубые глаза с томным, игривым блеском.
Дмитрий сел на край кровати, как она указала жестом, всё ещё в одних шортах — тело его блестело от пота после жары у бассейна. Ирина налила вино, протянула ему бокал, сама села рядом — близко, но не касаясь, бедро ее находилось в сантиметрах от его. Она отпила глоток, облизнула губы с красной помадой и посмотрела на него прямо, с лёгкой улыбкой.
— Ну что, Дмитрий, — промурлыкала она низким голосом, кружа бокалом в руке и строя глазки. — Выпьем за... откровенность. Я тут подумала: у бассейна вы так старались с вопросами, а я почти ничего не рассказала. Может, интервью и не состоится по-настоящему... если вы не будете со мной столь же откровенны, как вчера в бассейне. — Она подмигнула, наклонилась чуть ближе, грудь качнулась, и добавила кокетливо, с притворной строгостью: — Не покажешь мне снова свой член — и я, пожалуй, ничего интересного не расскажу. Женщины вроде меня любят... взаимную открытость. Ну же, милый, не стесняйся.
Она сказала это прямо, но с кокетливой интонацией — не приказ, а соблазнительное предложение, глаза её блеснули, грудь слегка приподнялась от дыхания. Дистанция всё ещё сохранялась в тоне: она не бросалась на него, а дразнила, как хозяйка, уверенная в своей власти.
Дмитрий почувствовал, как кровь приливает вниз — шорты мгновенно стали тесными. Он допил вино одним глотком, поставил бокал и, не отводя глаз от её обнажённой груди, встал. Медленно стянул шорты вниз, вместе с трусами — пенис, уже полувозбуждённый от её вида у бассейна, вырвался на свободу: тяжёлый, набухший, направленный слегка вниз, но быстро твердеющий под её взглядом. Головка блестела, вены проступили, он качнулся при движении.
Ирина выдохнула тихо, глаза расширились от удовольствия — она наклонилась ближе, но всё ещё не касаясь, просто разглядывая.
— Ох, какой красавец, — прошептала она, улыбаясь. — Упругий, развитый... Молодой. Садитесь обратно, милый. Давайте поговорим по делу, пока я... помогу вам расслабиться.
Дмитрий сел, пенис стоял теперь почти вертикально, пульсируя. Ирина наконец коснулась — её рука с красными ногтями обхватила ствол у основания, пальцы сомкнулись плотно, но нежно. Она начала медленно надрачивать: вверх-вниз, с лёгким поворотом кисти, большой палец иногда скользил по головке, дразня, флиртуя. Движения были уверенными, опытными — не торопливыми, но ритмичными, заставляющими его тело напрягаться.
Дмитрий сглотнул слюну, горло пересохло, и из груди вырвался тихий стон
"Это так приятно" - ...прошиптала я.