по старой памяти? Ебал её в зад когда-нибудь? Давала тебе? Теперь даёт вообще без проблем, как профи! Ещё спасибо скажешь! Ну что, пойдёшь, трахнешь?
Саша, с виду слегка захмелевший, повернул голову к Юльке, безразлично скользнув по её обнажённой фигуре взглядом, и равнодушно пожал плечами:
– Мне сейчас её совсем не хочется, пользуйтесь сукой, если хотите!
Сказал больно обидно и громко. Юлька слышала. Замычала возмущённо, силясь что-то возразить, но получалось только коровье мычание.
– Да ты не переживай, я же тебе сразу говорил, что все они одинаковые! — потрепал его по плечу Паша. — И твоя ничуть не хуже и не лучше! Переспит с любым — за деньги или под угрозами! Им проще дать, чем… чем не дать. — Закончил он свою глубокую мысль.
– Ну смотри, мы бы тебе уступили! Сами вчера наигрались. Она у тебя горячая и неутомимая! Повезло! Женишься, наверно, теперь на ней? Я тогда не буду долго её занимать, хорошо? — продолжил Андрей елейным голосом, вставая и на ходу расстёгивая ширинку. — Я и не хочу сегодня особо, — растерянно добавил он, подрачивая вяловатый член, выкатив его наружу из штанов вместе с яйцами. — Но с наказанием уж не обессудь, как обещали!
Паша поднял телефон и тоже двинулся к дереву с пленницей.
Андрей тем временем подошёл вплотную и, продолжая охаживать член одной рукой, второй зачерпнул её потный вареник. Девушка дёрнулась, выпучив глаза и гулко мыча, но это никого не остановило. Толстые и грубые пальцы мужчины раздвинули губы, стали лапать, втыкаться внутрь, растягивая и буровя. Вложив два пальца внутрь, он стал быстро сношать девушку пальцами, добившись, чтобы между ног у неё послышался громкий и мокрый чавкающий звук.
– Во-о-о-т! Потекла! Привязанная, голая, а всё равно хочет, проститутка! — удовлетворённо причмокивая губами, резюмировал Андрей. Член его вполне налился кровью и теперь представлял увесистый черенок. Он оставил её на секунду, но только чтобы обойти сзади. Прижавшись к голым ляжкам между растянутых на верёвках ног, он пристроился, удовлетворённо кхекнув, нащупал тупой головкой вход и неторопливо вошёл в неё, обняв её тело за живот.
Тесно прижавшись, он подкидывал её на члене спокойно и размеренно. Юлька болталась распятая и безвольная, лишь негодующе и обречённо мычала, выпучив глаза. Паша крутился вокруг, выбирая лучший ракурс, снимая то лицо крупным планом, то влагалище с двигающимся внутри его членом.
Саша отводил взгляд, но то и дело снова смотрел в сторону своей девушки и её насильников. Самое стыдное для Юльки было то, что, совсем того не желая, под ударами члена она вскоре почувствовала телесное возбуждение, от которого не могла отрешиться никакими мыслями. Распятая и насаженная на член, она потекла как утром и вчера в бане. Складки набухли, клитор налился приятной тяжестью и зудел желанием. Она замотала задом активнее, подмахивая и насаживаясь. Всё слабее она себя контролировала, но кляп сдерживал её стоны. Поэтому она мычала сладострастно и ритмично.
«Ещё да, сильнее, глубже, сейчас…» — мысленно подгоняла она насильника, теряя опору в ослабевших ногах, повиснув на члене и вытянутых руках. Тело её била и мотала дрожь накатывавших волнами наслаждения.
Андрей тоже чувствовал её возбуждение, гоняя всё резче, сильнее, обхватив её за талию и подкидывая как чучело на лопате. Выпучив глаза, она сквозь слёзы стыда и скотч мычала, закрыв глаза и дёргаясь на вязках под быстрыми ударами, одолеваемая самыми противоречивыми и взаимоисключающими эмоциями.
Паша снимал почти в упор, выхватывая её не наигранный экстаз, сочащуюся вагину, затвердевшие вздёрнутые соски груди, дрожащие в нетерпении колени. Тут уже и Саша не смог утерпеть и уставился на её
Лизать ноги