так уверен в своём проигрыше! – постарался поддержать его Костя. – Всё-таки из вас двоих у тебя более выигрышная позиция. Милфа за тебя готова жопу рвать.
— И что с того? Поводок-то всё короче и короче...
— А ты ей подыграй!
— Выпори сегодня Славку. Жёстко, но аккуратно. Вытерпишь? – спросил Костя уже у Славика.
Тот, вздохнув, пожал плечами.
— А куда я нахер денусь-то?
— Это верно, - подтвердил Кроха. – Подводная-то лодка – одна на всех. А я тебе кое-какое зелье дам. Ты, главное, его под язык положи, и не глотай. Больно, конечно, будет, но не так сильно. И не забывай орать, что есть мочи, и стонать, как будто с тебя шкуру спускают. Запомнил? Смотри не перепутай!
Славик шутку не оценил, и мрачно насупившись, покивал гривой.
Вечером Славика привели в санчасть, в экзекуторский кабинет. Милфа приказала ему полностью раздеться и поставила перед столиком, на котором были разложены ротанговые трости нового урожая. Восемь штук, от самой короткой, до метровой длины. Она велела ему стоять смирно, не шелохнувшись, а сама в это время занималась переодеванием Павла в горничную. И это была хорошо рассчитанная психическая пытка.
Ровно час она бесконечно примеряла на Москвича всевозможные свои платья, и ни одно, по её мнению, не подходило для столь важного момента – первой порки в качестве молодой помощницы экзекуторши. Это коричневое было слишком длинным. Розовое – напротив слишком коротким и легкомысленным. Юбка и блузка в стиле девятнадцатого века были отброшены сразу, как невозможное старьё. Вязаный шерстяной пуловер был вроде бы ничего, но как-то не соответствовал торжественности момента. К тому же на шерсти могли остаться капельки крови, а это нехорошо...
Таким образом перебрали весь гардероб, и ничего достойного для юной палачессы не нашли. Оставалось лишь кожаное платье в стиле Мистресс-БДСМ 90-х годов прошлого столетия, и милфа долго его разглядывала, заставляя Павла в нём вертеться перед зеркалом и перед ней, и всё время недовольно морщась.
А Славика теме временем уже начинала бить пока ещё лёгкая, но уже неутолимая дрожь.
— Ну не знаю... - капризно произнесла Екатерина. – Мы уже давно возимся, пора начинать порку, а мы с тобой ещё даже туфли не примерили! Я же не могу допустить, чтобы моя Полиночка свою первую в жизни экзекуцию провела в каких-то обносках! Разувайся!
И Москвичу пришлось ещё с полчаса, не меньше, примерять старую обувь окончательно потерявшей человеческий облик садистки ведьмы. На этот раз неудачная примерка заканчивалась тем, что отвергнутые пары сразу летели в печку. Так туда отправились кожаные малиновые сабо с ещё олимпийской, 1980-го года, символикой. За ними остроносые, лаковые ботильоны на невысоком каблуке рюмочкой. Они Москвичу просто не налезли на ногу. Были приговорены к аутодафе и кожаные полусапожки, мягкие и удобные, но показавшиеся милфе недостаточно модными и статусными для такого случая. Наконец, не найдя ничего приемлемого, экзекуторша скинула свои повседневные туфельки, богато расшитые жемчугом и бисером.
— Свои отдаю! – Цени! – пафосно провозгласила она, впрочем откровенно смеясь Павлу в глаза и наслаждаясь мучениями Славика – парня к тому времени уже вовсю колбасило от нестерпимого ожидания наказания. – И целуй их, прежде чем надевать!
«Чёрт с ней, думал Москвич, прикладываясь к ещё тёплой стельке в туфельке Екатерины. – Пусть глумится, лишь бы Крохино волшебное обезболивающее скорее бы подействовало. При ней ведь не сфилонишь, бить придётся по-настоящему...».
И правда: милфа вручила ему самую длинную ротанговую трость и молча, пальчиком, указала на голый Славкин зад. А сама встала рядом, внимательно наблюдая. Стараясь унять волнение, Павел взмахнул тростью и впервые в жизни полоснул живого человека
Королева автобуса