— Сильнее! – тут же яростно заорала на него милфа. – Бить что есть мочи, иначе вмиг сам на его месте окажешься! А я миндальничать с тобой не собираюсь, выдеру так, что на жопе шрамы останутся на всю жизнь! Ты меня знаешь!
Он, конечно же, её знал. Очень хорошо знал, КАК умеет орудовать такой тростью Екатерина. И потому следующий удар действительно нанёс почти в полную силу. И вот это «почти» она тоже прекрасно уловила.
— Ещё сильнее! – явно успокаиваясь, и видя, что угроза подействовала, приказала она.
Он ударил ещё и ещё раз, стараясь изобразить на своей физиономии максимально возможное отвращение и страх. Милфа, посмеиваясь, с удовольствием наблюдала за его ужимками и моральными страданиями. Неизвестно для кого сейчас игрался этот гадкий спектакль – для Славика, или для него. Поди разбери, кого сейчас ломают. Хотя, чего тут гадать-то! Его, конечно же! Его! Просто взять и выпороть Славика, для главной экзекуторши было делом пары пустяков. Так, лёгкое эротическое развлечение перед сном. А вот его, точнее ужё теперь ЕЁ, Полиночку, милфе приходилось снова переделывать под себя, возвращать в прежний статус личной рабыни-служанки. Но теперь это был иной статус. Теперь его-её возводили на новую ступеньку в здешней сложной иерархии, давали особую роль – помощницы палачессы. И не просто подавать девайсы и следить за качеством розог, а и самой участвовать в показательных порках. Москвич теперь был уверен, что она обязательно заставит его пороть и всех остальных ребят, особенно из команды Захара Иваныча. Чтобы навсегда рассорить с ними, и выставить его окончательно скурвившимся «козлом». Или как там, у вояк, называют таких вот предателей и стукачей. И что оставалось делать?
«Двести пятьдесят» - подумал он, равномерно нанося один удар за другим, и видя, как вспухают и постепенно наливаются кровью толстые рубцы на Славкиной заднице. – «И почему я с самого начала не стал считать удары? Двести пятьдесят он явно не выдержит. Это невозможно выдержать с одного раза! Нужна передышка!».
А Славик тем временем заломив руки за голову, уже вовсю раскачивался и непрерывно стонал, точнее выл каким-то замогильным голосом коленки его уже дрожали. Казалось, он близок не то к обмороку, не то к истерике. Москвич стал невольно замедлять скорость и силу ударов, и милфа тотчас это заметила. Что-то шепча губами она ещё некоторое время понаблюдала за поркой, а потом резко остановила Павла.
Москвич вместо ответа лишь молча закрыл лицо руками, и опустился на пол. Было стыдно не то что смотреть на Славика, но и вообще видеть окружающий мир было нестерпимо. Екатерина расценила его жест по-своему. Она удовлетворённо присела перед ним на корточки и, схватив за волосы, притянула к себе, впившись ему в губы своим долгим и глубоким, «змеиным» поцелуем, просунув парню в рот свой скользкий и горячий язык.
— Вот не поверишь, но не ожидала от тебя такой прыти! – прошептала она восхищенно, когда, наконец, перестала орудовать у него во рту своим жалом. – Давай, по-быстренькому ещё полсотни отсыплем этому негодяю, а остальное отложим на завтра. Мне ещё надобно тебя как следует наказать! Но не бойся, твоё наказание мы осуществим в кровати, и наказывать я тебя буду всю ночь, никак не меньше. А отоспишься ты завтра, в столовую можешь с утра не ходить... Готовься, моя сладкая! Сегодня ты заслужила полноценный анальный оргазм!..
Ну и как, скажите на милость, он мог не пойти после такого
Реакция Манту