влажным, чавкающим звуком он вытащил увядающий член из её киски. Горячая струйка её собственных соков потекла по внутренней стороне бедра — но ни капли его семени не вышло наружу.
Только теперь Алисия заметила.
Её живот, прежде плоский и подтянутый, заметно округлился. Вздулся, стал твёрдым и тёплым на ощупь, будто внутри разлился тяжёлый, горячий груз. Она провела дрожащей рукой по коже — почувствовала, как под ладонью что-то перекатывается, давит изнутри. Матка была переполнена. Всё его семя осталось там — густое, обильное, не вытекающее ни капли. Оно растягивало её изнутри, наполняло до предела, создавало ощущение тяжести и жара, которое не проходило.
Алисия смотрела вниз, на свой вздутый живот, и не могла понять, как это вообще возможно. Как столько жидкости могло войти в неё и остаться внутри, не вытекая, не причиняя невыносимой боли. Но боли не было — только странное, почти приятное давление. Полнота. Словно её тело теперь принадлежало ему не только снаружи, но и внутри.
Орк стоял над ней, тяжело дыша, ухмыляясь. Его взгляд скользнул по её округлившемуся животу с явным удовлетворением. Он что-то пробормотал на орочьем и похлопал её по бедру, будто похвалил хорошую добычу.
Алисия лежала, не двигаясь. Дыхание постепенно выравнивалось. Она не пыталась встать. Не пыталась сопротивляться. Просто лежала, чувствуя, как внутри неё всё ещё пульсирует его семя, как оно медленно оседает, заполняя каждую складку, каждую пустоту.
И в этот момент она поняла: что-то в ней окончательно сломалось. Или, может быть, наконец встало на своё место.
Она также заметила, что левая грудь кровоточит из двух точек сверху и двух снизу, с кольцом следов от зубов вокруг большей части. Она могла исцелить это природной магией, но если дать зажить естественным путём — останутся шрамы, вечное доказательство этой встречи. Она блаженно улыбнулась и не стала исцелять.
Огромный орк стоял над ней, уже полностью одетый и в доспехах.
— Хорошо. Ты хорошая, человеческая женщина. Теперь полна орочьего семени. Шлюшка. Мне нравится.
— Ты такой потрясающий. Никогда не видела такого большого члена. Ты кончил так обильно! Посмотри на мой живот! Все орки такие? — спросила Алисия, ощупывая увеличенный животик, внезапно став болтливой.
— Ага. Большинство. Ты особенная, думаю. Человеческие девки обычно не могут взять орочий хуй. Больно им. Но орки трахают всё равно. Борьба заводит.
Алисия на миг подумала об орках, насилующих человеческих девушек, и её охватили одновременно отвращение и возбуждение. Трудно поверить, что кто-то может сопротивляться тому удовольствию, которое только что испытала.
Может, я другая? Ещё один эффект суккуба?
Алисия решила сменить тему.
— А сколько длится беременность после орка? — Мысль о ребёнке-орке заставила её вспыхнуть жаром. Что подумают люди Альянса о ней? Орочий ребёнок пополнит ряды Орды и будет воевать против них.
— Меньше трёх лун. Растёшь быстро. Ешь много. Орки растут быстро. Ешь много мяса. Мясо делает орчонка сильным.
— Три месяца! У людей девять. Это же будет полукровка? Может, займёт что-то среднее. — Мысль о таком быстром росте немного пугала её.
— Нет. Орчье семя сильное. Будет чистый орк. Полукровки только когда человеческий мужик трахает орчиху-предательницу. Полукровки очень слабые. Слабее людей. Болезненные, — сказал Огг с явным отвращением к мысли об орчихе, сдающейся слабому человеческому мужчине.
— Так что д—ты слышишь? — Алисия вздрогнула. Она услышала шорох в листве — кто-то приближался. Огг тоже услышал и посмотрел туда.
В поляну у ручья вошли трое мужчин в латных доспехах. Увидев Алисию — голую, связанную на земле, с кровоточащей грудью — и Огга, стоящего над ней, их лица исказились от ненависти. Они сразу догадались, что произошло.
Моя месть