Прошло почти три часа, прежде чем впереди показался крошечный посёлок — всего одна таверна да несколько небольших каменных домиков. Из леса Алисия разглядела жизнь посёлка: дюжину мужчин, двух женщин и троих детей, которые сновали между домами. Восемь мужчин были одеты в доспехи и при мечах — явно местная стража. Остальные выглядели простыми работягами: рубили дрова, таскали вёдра, чинили что-то у сараев.
Алисия решила рискнуть. Как можно незаметнее она двинулась к ближайшему дому, за которым на верёвке сушилась одежда. Она перебегала короткими рывками: от куста к дереву, от дерева к большому валуну, пригибаясь и замирая при каждом подозрительном звуке. Сердце колотилось так, что казалось — его слышно на всю деревню. Но никто не обернулся.
Наконец она оказалась прямо за домом. На верёвке висело несколько вещей подходящего размера: простая льняная рубаха, длинная юбка, пара грубых чулок. Всё, что нужно, чтобы хоть немного прикрыться и не бросаться в глаза.
Но сначала — руки.
Алисия бесшумно подобралась к маленькому окошку и заглянула внутрь. Пусто. Тёмная комната, очаг без огня, стол, лавка — никого.
Она переместилась к двери, прижалась ухом к дереву. Тишина. Только далёкий стук топора где-то за другими домами.
Держа дыхание, Алисия повернулась спиной к двери. Связанными за спиной руками нащупала щеколду, подцепила её пальцами и медленно, очень медленно потянула на себя. Дверь поддалась почти беззвучно — лишь лёгкий скрип петель, который утонул в шуме ветра.
Дом был маленький, но удобный: небольшая печь на дровах, кухонный уголок, общая комната и широкая двуспальная кровать в углу. Здесь жила пара, но следов детей не было. На кухне она нашла маленький ножик и перерезала им верёвки. Потёрла запястья, на миг наслаждаясь ощущением свободы. Наконец свободными руками девушка вышла наружу и «одолжила» одежду с верёвки. Хотела осмотреть себя, но не знала, когда вернутся хозяева, и не хотела быть пойманной. Сняла простую белую блузку и юбку до колен. Нижнего белья на верёвке не было, так что пришлось обойтись без него. К счастью, одежда подошла, хоть и сидела свободно — кроме блузки, которая плотно обтягивала вздутый живот.
Алисия вернулась в дом. Поискала и нашла туфли, которые жали, но лучше, чем идти босиком по дороге. Туфли будут натирать, но хоть ноги спасут. Также взяла кухонный нож, кусок верёвки вместо пояса для юбки и маленькую шерстяную сумку, которая могла служить рюкзаком. С кровати сняла шерстяное одеяло. С кухни прихватила буханку хлеба — ещё тёплую. Из ведра с свежей водой сделала несколько больших глотков, но нечем было взять с собой.
Забрав необходимое и не желая рисковать возвращением хозяев, Алисия вышла из домика, прокралась обратно в лес, обошла посёлок и вышла на дорогу с другой стороны. Пошла на север — вглубь территории Альянса. Через час солнце начало садиться. Она решила, что ночью путешествовать опасно, отошла на пятьдесят ярдов от дороги и устроилась за огромным стволом поваленного дуба. «Устроилась» — это завернулась в шерстяное одеяло и съела четверть буханки. Хотела больше, но решила экономить на всякий случай.
Убедившись в полном одиночестве, девушка разделась и осмотрела тело. Левая грудь сильно болела от укуса Огга, на клыковых ранах запеклась кровь. Но больше всего её интересовал живот.
Как его сперма не вытекла наружу, а вместо этого раздула живот?
Алисия провела пальцами по бёдрам там, где вытекало. Они были скользкими. Подняв пальцы выше, к внутренним губам, она нащупала маленький комок. Липкая, сразу обляпалась. Девушка оттянула немного и растерла между пальцами. Похоже на слизь. Тонкие нити тянулись между пальцами, издавая влажные звуки.
В салоне мадам Флоры