месяц назад, что состоялось девятого августа? Не тогда ли свершилась злополучная карточная игра, в итоге которой Синти меня шокировала невероятным даже по её меркам требованием? Что в свой черёд обернулось накатом последствий, создавших этот рисунок.
Петля.
Мог ли рисунок из-за неверно проставленной даты ожить на месяц раньше, чем был нарисован? Прежде я это счёл бы весьма нелогичным, ведь цепь получается замкнутой. Не будь грязных выходок Синти-рисунка — Сара от горечи и тоски не нарисовала б её.
Но я уже видел в Эйри темпоральные петли похожего рода. Однажды меня спас от смерти или чего-то похуже чудный молочник — являющийся, судя по паре намёков, мною из будущего. Очевидно, что, не спаси он меня, — едва ли он смог бы тогда сам возникнуть.
Может быть, магия здешнего безумного городка сама создаёт их?
— Тогда что? Запаковываем этот лист внутрь конверта и отправляем его в необыкновенное новое путешествие? — спросила весело Синти, личико её просто лучилось смехом, лучилось радостью.
Актриса высшего пилотажа, безукоризненно игравшая месяц чуждую роль и практически сумевшая в результате меня обмануть. За год, наверное, она бы сделала всё, чтобы я не спешил рвать листок.
Я качнул головой еле заметно:
— Не сейчас.
Сестрица-рисунок нахмурилась.
— Мы же договорились. Лучше сделать это скорее, пока у тебя не исчезла решимость. Ты же сам хотел вроде бы наказать эту шлюшку?
— Хотел, — подтвердил я. — А ты — хотела, по-видимому, наказать в свою очередь Сару Боб Тейлор? Что это было, комплекс Электры?
В глубине глаз Синти-фантома что-то мелькнуло, слишком быстро, чтобы я успел различить что-то. Она опустила ресницы, скрыв тайну завесой, выражение её лица изменилось, веселье и радость ушли.
— Ты догадался.
Она покачала головой медленно, словно в такт своим мыслям, краем рта усмехнулась — не лучезарно, эйфорично и солнечно, как я уже привык видеть в эти недели, а скорее сардонично и горько.
— Ну да, кто бы мог сомневаться. Великий исследователь мистики. Ему не понадобилось кончить в ротик сестрички даже три раза, чтобы сразу же заподозрить неладное и начать искать скрытые корни?
— Перестань.
Выпад её жалил огнём, меня пронзило стыдом. Я весь месяц по сути насиловал Синтию, скрытую в дубле, проделывал перед нею и с нею предельно грязные вещи, подошедшие к пику в конце.
Синти-фантом лишь рассмеялась беззвучно.
— О, но ведь тебе это всё очень и очень нравилось, Маршалл. Ты наслаждался едва ли не каждой минутой происходящего. А не перегни я чуть с Саймоном палку — наслаждался бы и до сих пор.
Она бросила на меня косой взгляд, наклонив слегка голову:
— Скажешь, нет?
Я сглотнул слюну, вставшую почему-то в горле колючим комом.
— М-может быть.
Это было безумием, но мне по-своему действительно нравилось это. Жгучая ассоциативная цепь удовольствия и стыда. Позорные проигрыши перед Синтией и мастурбация на её стройные ноги почти на глазах у родителей. Подглядывание за её нагим телом через щель ванной и убеждённость, что меня вот-вот за этим застукают.
«Самоудовлетворение перед Сарой Боб Тейлор прямо на улице».
Мысль эта стукнулась в мозг слишком быстро, чтобы я успел её удержать, дыхание моё участилось. Это не попадало ни в какие разумные рамки, было гротеском, было переходом черты, — но даже это я не мог однозначно выкинуть из памяти как предел.
Мог бы ли я, интересно, оправдать даже этот кошмарный поступок, если бы не инцидент с Саймоном? Привыкнуть со временем к выходкам подобного рода, начать даже любить и оправдывать их?
Мне вспомнился шок на лице Сары Боб, рассматривающей меня как диковинное насекомое, как нарушение законов природы. А мгновением позже — мой дикий оргазм у неё на глазах в
Случай с невестой