и милосердно молчали, пока мы ехали. Когда мы вернулись в поселение, три женщины направились прямо в дом, а Лахлан и Колмгил присоединились ко мне в зале. Я попросил налить мне виски, много виски, и мы втроем сидели там, пока совсем не опьянели.
Я проснулся с опущенной на стол головой, которая сильно болела, давая понять, что я выпил слишком много виски. Никого из моих двух друзей не было видно, и, осторожно привстав, я увидел, что в зале я один. Наступила ночь, и лагерь погрузился в темноту, только лунный свет позволял разглядеть дома и мастерские. Я не собирался ложиться спать, так как знал, что Кирсти снова будет меня ругать, поэтому я укутался в плед и лег на пол в зале, в конце концов снова заснув.
С наступлением дня моя головная боль не стала лучше, наоборот, утренний солнечный свет усугубил ее, и я зажмурился, пытаясь уменьшить боль. Мужчина поставил кружку с пивом на соседний стол и высыпал в нее небольшое количество желтоватых кристаллов из мешочка.
— Выпей, мой господин, это устранит сильнейшую боль в твоей голове.
Я сел и взял напиток, почувствовав в эле какой-то смутно знакомый запах. Я не мог понять, что это было, и медленно потягивал пиво, заставляя свой тошнотворный желудок принять его. Примерно через полчаса головная боль почти прошла. Что бы ни было добавлено в пиво, оно, похоже, подействовало, и мне нужно будет когда-нибудь выяснить, что это было. А пока я решил, что мне нужно встать и заняться чем-нибудь, чтобы не мешать женщинам.
Моей первой задачей утром было навестить Иена Макдональда. Он закончил еще одиннадцать длинных луков, и я видел, как мужчины работали с ними, пытаясь натянуть тетиву, но пока без особого успеха. Другая группа мужчин тренировала руки с гантелями, и Иен объяснил, что они работали с весами в течение часа, а затем менялись местами с другой группой, чтобы те могли поработать с луками, и наоборот. Он подтвердил, что мужчины тренировались по два часа в день, и как только он изготавливал лук, а кузнец - гантели, к группам присоединялся еще один мужчина. Мне было приятно, что они казались такими энтузиастами и преданными своему делу, и я надеялся, что скоро увижу результаты.
Затем я посетил кузницу и застал кузнеца за напряженной работой по изготовлению новых гантелей. Я рассказал ему о том, чем занимаются мужчины, и что их подход к тренировкам означает, что нам понадобится только двадцать пять гантелей, а не пятьдесят. Это значительно подняло настроение кузнецу. Он рассказал мне, что нашел нескольких мужчин, которые умеют лепить из глины, и они обсудили возможность использования кузницы для обжига глины. Они планировали попробовать это, как только он закончит изготавливать гири.
Я покинул лагерь и направился к первому полю, которое мы пытались осушить. Я был рад обнаружить, что земля была в гораздо лучшем состоянии, настолько хорошем, что Колмгил уже выпасал на ней скот. Я видел, как мужчины работали вокруг, прокладывая дренажные каналы, чтобы улучшить состояние других участков, так что было ясно, что Колмгил больше не сомневался в моей идее. Я сел, чтобы понаблюдать за людьми, и позволил своим мыслям блуждать, следуя за течением воды, которая стекала в озеро.
— Текущая вода! - подумал я про себя. - Могли бы мы сделать трубы из глины и провести воду в лагерь? Могли бы мы как-то ее нагреть? Ванна! Это было бы здорово. Водяное колесо! Это дало бы мне доступ к источнику энергии. Как я мог бы это использовать?
Соседка Лариса и ее сексуальные игры со мной