лице Наташи появилась лёгкая, довольная улыбка. Она продолжала ласкать — медленно водила ладонью по ягодицам, проводила пальцами между ними, чувствуя тепло и гладкость. Временами она наклонялась ближе, целовала его тело — плечо, спину, бок. Другая рука скользнула к своей груди — нежно сжала сосок, потянула, отчего дыхание стало глубже. Она смотрела на него с тихим наслаждением, не торопясь, просто наслаждаясь моментом.
Наташа встала на колени, потом аккуратно перекинула ногу через Юру и села ему на него сверху, чуть опираясь, чтобы не давить сильно. Её вес мягко прижал его ноги к матрасу, кожа бедер скользнула по его икрам. Она наклонилась вперёд, грудь коснулась его ног — соски твёрдые, чуть холодные от воздуха, оставляли влажные следы на коже. Руки легли на ягодицы — пальцы широко обхватили, раздвинули чуть в стороны. Она наклонилась ниже, губы коснулись правой ягодицы — сначала сухой поцелуй, потом ещё один, левее. Она целовала медленно, губами прижимаясь к коже, оставляя влажные точки, потом открывала рот, слегка посасывала кожу, оставляя слабый след от зубов.
Она двигалась по всей поверхности — от нижней части спины вниз, по изгибу ягодиц, ближе к центру. Каждый поцелуй был чуть дольше, губы скользили, язык иногда касался кожи кончиком. Юра во сне чуть напрягся, мышцы ягодиц дрогнули, дыхание сбилось, но не проснулся.
Наташа положила ладони на ягодицы, медленно раздвинула их шире — кожа натянулась, открылся анус: маленький, розовый, тугой, сморщенный, чистый, чуть блестящий от естественной влаги. Она замерла на секунду, глядя, потом наклонилась ещё ниже. Кончик языка коснулся центра — лёгкое, едва ощутимое прикосновение, влажное, тёплое. Юра дёрнулся — мышцы сжались, тело напряглось, дыхание прервалось, глаза все еще закрыты.
Наташа продолжила — теперь языком шире, плоско прошлась по кольцу, обвела вокруг, чувствуя вкус: лёгкий солоноватый, чуть горьковатый, естественный вкус кожи и тела. Она лизала медленно, кругами, потом быстрее — язык скользил по складкам, надавливал чуть сильнее. Юра тихо застонал во сне, бёдра дрогнули, попа невольно приподнялась навстречу.
Она раздвинула ягодицы ещё шире, пальцы впились в кожу, оставляя белые следы. Кончик языка упёрся в центр и медленно вошёл — тесно, жарко, мышцы сжались вокруг языка, пытаясь вытолкнуть, но она надавила сильнее, вошла на пару сантиметров. Вкус стал ярче — солоноватый, с лёгкой горечью, смешанный с её слюной. Она двигала языком внутри — крутила, толкала, вылизывала стенки.
В этот момент Юра проснулся — резко вдохнул, тело напряглось, глаза открылись.
Наташа тут же прижала его ладонью к пояснице, не давая встать.
«Лежи и не двигайся, сынок... дай маме насладиться твоей дырочкой», — прошептала она хрипло, не отрывая губ от кожи.
Юра замер, послушно лёг обратно, дыхание стало частым. Он тихо постанывал — коротко, сдавленно, когда язык входил глубже, когда она облизывала кольцо снаружи, когда кончик языка толкал внутрь. Его попа подрагивала, мышцы сжимались и расслаблялись, он не сопротивлялся, только дышал тяжелее, пальцы вцепились в простыню.
Наташа продолжала — медленно, жадно, чувствуя, как его тело отвечает ей.
Затем смочила палец слюной — густой, тёплой, обильно, пока капля не повисла на кончике. Медленно поднесла к его анусу, кружила по кольцу, надавливая чуть-чуть, размазывая влагу. Юра дёрнулся — мышцы сжались, попа напряглась, Она улыбнулась, игриво, почти насмешливо.
«Нравится, когда мама так делает?» — спросила тихо, голос низкий, хриплый. Вопрос был риторическим — она и не ждала ответа.
Палец начал входить — медленно, сантиметр за сантиметром. Кольцо сопротивлялось, но поддавалась под напором. Юра снова дёрнулся, теперь сильнее — бёдра напряглись, пальцы вцепились в простыню, дыхание стало прерывистым. Она не остановилась — вошла почти до второго сустава,
После группового секса Пашка женился на Юркиной матери