на его лицо. Когда она на дрожащих ногах встала, он смог, наконец-то, отдышаться, однако расслабляться было рано. Он, подняв голову, увидел, как на его башню взбирается дама с темными кудрями. На его глазах ее кучерявый лобок опустился, и головка его члена скрылась у нее между ног. Влагалище у нее было даже теплее ротика. Она издала томное мычание, наслаждаясь его концом внутри себя, и поскакала. Ее груди вздымались во время скачек так же легко, как и темные кудрявые волосы, а влажные соски дразняще блестели.
Не успел Николаич насладиться видом, как на его лицо стала присаживаться очередная партнерша. Киска у этой была гладко выбрита, а тяжелые сиськи были наполнены молоком. Поняв, что сопротивляться бессмысленно, он с гостеприимством принял ее половые губы и просунул в ее щелочку язык, отчего она страстно застонала и остервенело заерзала тазом. Рыженькая и русоволосая мамашки, прижимавшие его руки к земле, глядя на стонущих дам, тоже захотели почувствовать его в себе. Они синхронно взяли его кисти, оттопырили по паре пальцев и сунули их в свои киски. Дуэт стонущих стал квартетом. Молодые мамашки поступательными движениями нанизывались на его пальцы и кричали во все горло, дополняя хоровое пение своими сопрано.
Первой кончила дама с темными кудрями: она настолько глубоко села на его член, что ягодицами коснулась его яиц, а затем несколько раз поерзала, пока ее тело содрогалось под разрядами сексуальной энергии. Едва она устало сползла с него, ее место заняла следующая пассажирка. Лица ее Николаич не видел. Почувствовал лишь прикосновение ее языка и губ, а затем и теплые тугие стенки ее вагины. Правда, судя по углу наклона, уселась она к нему спиной. Он подбадривал молодых мамаш шевелением пальцев, отчего тональность их стонов изменилась и ускорился темп. Гладко выбритую киску он обхватил губами и засосал, что вызвало дикий визг восторга и судорожное сокращение мышц. Когда она вставала, он почувствовал, как что-то капает ему прямо на лицо, затекая в глаза и рот. Николаич любил эксперименты, но фетиш с золотым дождем всегда обходил стороной. Ее вагинальные соки и даже сквирт после оргазма казались ему приемлемыми, но только не... Капля коснулась его вкусовых сосочков, и он смог вздохнуть с облегчением: у молодой мамашки потекло молоко. Он открыл глаза и теперь разглядел белые ручейки на ее животе и лобке, тянувшиеся от возбужденных сосков.
Женщины похотливо использовали Николаича, как резиновую куклу: взбирались на него, остервенело ерзали, кончали и сменялись следующими. Пребывая в экстазе после оргазма, они продолжали тереться об него своими телами, целовали его эрогенные точки, ласкали его соски, облизывали член и яйца. Во время очередных ласк — на этот раз обслуживала его хозяйство молодая блондинка с золотым пушком между ног — он не выдержал и обильно кончил. Тремя струями он окропил ее милое личико, золотистые волосы и плоскую грудь. Она еще продолжала слизывать с его конца сперму, когда Николаич краем глаза заметил приближение второго взвода.
Снова спасибо надпочечникам, которые, пока он недоумевающе переводил дух после интенсивного оргазма, впрыснули адреналин ему в кровь, и его мозг прояснился: на него решительно и бескомпромиссно надвигаются восемь мужиков. Как Шварценеггер в Терминаторе. Абсолютно голые. Надвигаются, разминая свои дубины. Готовые их пихать во все щели. Понимание того, что ему уготовила Василиса, подействовало отрезвляюще. Николаич оттолкнул молодую блондинку, вспрыгнул на ноги и, отбиваясь от тянувшихся к нему женских рук, сиганул прочь. Краем глаза он видел, как взвод мужиков поворачивает головы в его сторону и отправляется вдогонку. Александр Николаич прибавил скорости и, размахивая пустыми яйцами, помчался через
В гостях у клизмы