я внутри! — прохрипела она, её голос сорвался на стон.
В свете ламп её разработанная, широкая щель буквально вывернулась наружу. Мы увидели, как её ткани судорожно сокращаются, не в силах сдержать накопившееся напряжение. И тут это случилось: мощный, горячий фонтан её собственного возбуждения вырвался из неё, орошая плитку у ног Виктора и Кости. Алиса выгнулась дугой, её огромные соски закаменели, а лицо исказилось в гримасе запредельного экстаза.
— Боже, она реально «фонтанирует»! — выдохнул Костя, не отрывая взгляда от того, как её рыхлые мышцы выталкивают потоки влаги.
Алиса продолжала удерживать свои губы разведенными, демонстрируя нам всем, как её глубоко разработанное нутро содрогается в финальных конвульсиях. Она не стеснялась своей пустоты; напротив, она выставляла её напоказ, как свой главный триумф. Наши соки, смешанные с её соками, стекали в бассейн, окрашивая воду в белесые разводы.
Когда последние капли упали на кафель, Алиса, обессиленная, но сияющая от порочного восторга, начала заваливаться назад. Её руки наконец отпустили плоть, и увеличенные губы медленно, лениво вернулись на место, так и не закрыв до конца зияющий вход. С коротким вскриком она рухнула в воду.
Всплеск воды заглушил музыку. Алиса вынырнула через несколько секунд, откидывая мокрые волосы назад. Она плавала в центре бассейна, и её черные соски торчали над водой как два буйка. Мы и девочки стояли по периметру, глядя на неё сверху вниз.
— Ну всё, Саш, — Аня лениво потянулась, допивая вино. — Мы её доделали. Теперь она — совершенство. Можешь забирать свой «экспонат».
Мы вытащили её из воды — тяжелую, податливую и абсолютно молчаливую. Марина набросила на её мокрое, пылающее тело халат, даже не пытаясь её вытереть. — Пусть Сашка чувствует, какая ты мокрая и пустая внутри, — шепнула Марина ей на ухо.
После того как Алиса, обессиленная и окончательно «раскрытая», была уведена в одну из гостевых спален, на террасе у бассейна воцарилась хищная тишина. Аня, Марина и Настя стояли у кромки воды, глядя на нас с вызывающими улыбками. Они знали, что вид того, как они «разделывали» Алису, завел нас не меньше, чем саму виновницу торжества.
— Ну что, мальчики? — Аня лениво потянулась демонстрируя свои огромные сиськи. — Экспонат на просушке, а мастера требуют награды.
Мы не заставили их ждать. Если с Алисой это была «муштра» и эксперимент, то с этими троими это был чистый, яростный секс на равных.
Я подтянул Аню к себе, хватая её за волосы и заставляя встать на колени прямо на мокрой плитке. Она не была «рыхлой» как Алиса — её мышцы были тренированными, но она так же жадно ловила губами мой ствол, демонстрируя технику, которой сама же учила твою жену.
Виктор в это время повалил Марину на шезлонг. Марина, та самая «инструкторша», которая заставляла Алису кричать от растяжки, теперь сама выла, когда Виктор ворвался в неё сзади, не заботясь о деликатности. — Давай, Витя! — рычала она, впиваясь ногтями в кожаную обивку. — Трахай меня так же жестко, как мы её!
Костя же занялся Настей. Он прижал её к стеклянному ограждению террасы, задирая её ноги выше головы. Под лунным светом было видно, как их тела сливаются в одно целое. Настя, которая еще час назад хладнокровно вставляла расширители в Алису, теперь сама судорожно сжимала ноги на пояснице Кости, захлебываясь от темпа, который он задал.
В какой-то момент мы перемешались. Это была настоящая оргия мастеров:
Аня и Марина сплелись в объятиях, пока я и Виктор использовали их одновременно.
Настя металась между нами, принимая в рот то одного, то другого, её техника была безупречной — она точно знала,
На войне, как на войне