как-то... изменилась? — Катя подозрительно прищурилась, разглядывая лицо подруги. — Губы такие пухлые. Отек или филлеры?
— Просто выспалась, — улыбнулась Алиса своими огромными алыми губами, отчего Игорь на секунду забыл, как дышать.
Мы сели за стол в залитой солнцем гостиной. Алиса порхала между кухней и столом. Когда она проходила мимо окна, солнечный свет прошивал тонкий шелк халата насквозь. Становилось отчетливо видно всё: её темные соски, пробивающие ткань, округлые бедра и тот самый зазор между ногами, который так и не сомкнулся после выходных.
Игорь практически перестал есть. Он провожал Алису взглядом каждый раз, когда она наклонялась, чтобы поставить тарелку. При каждом её наклоне халатик задирался выше ягодиц, демонстрируя гостям развороченную, зияющую пизду, которая влажно блестела в солнечных лучах.
— Алиса, тебе не кажется, что халат слишком короткий для приема гостей? — ледяным тоном спросила Катя, заметив, как её муж впился глазами в промежность подруги.
— Ой, Катюш, мне так удобно, дома же... тем более, что все свои, — беззаботно отозвалась Алиса, присаживаясь и нарочито медленно закидывая ногу на ногу.
Шелк соскользнул, выставляя напоказ надпись маркером на бедре: «ПРОВЕРЕНО И РАЗРАБОТАНО» и наши подписи, которую Алиса почему то не смыла с себя. Игорь поперхнулся чаем.
— Всё, мы уходим! — Катя резко встала, отшвырнув салфетку. — Игорь, вставай! Алиса, я тебя не узнаю. Ты ведешь себя как... как какая-то содержанка из дешевого отеля!
— Да что ты заводишься, Кать? — пробормотал Игорь, но под яростным взглядом жены покорно поднялся. — Спасибо за обед... было очень... впечатляюще.
Когда дверь за ними захлопнулась, в квартире повисла звенящая тишина.
Алиса подошла ко мне и села на колени, обнимая за шею. Её пухлые губы были совсем рядом.
— Ты видел её лицо? — тихо спросила она, улыбаясь и обнимая меня за плечи. — Она была в таком шоке.
— Она просто увидела в тебе то, чего боится открыть в себе, — ответил я, обхватывая её за талию и чувствуя, какая она горячая под шелком. — Ты ведь помнишь, Алиса? Ты еще пару месяцев назад была точно такой же, как Катя. Застегнутой на все пуговицы, правильной, зажатой.
— Помню... — Алиса прикрыла глаза, и её соски мгновенно затвердели, упираясь мне в грудь. — Боже, какая я была дура. Столько времени прятать всё это...
Она начала целовать меня — медленно, глубоко, используя весь объем своих новых губ. Её рот был горячим и бесконечно мягким. Я почувствовал, как она сама расстегивает пояс халата, позволяя шелку сползти на пол.
Мы переместились на диван. Это была не та яростная «разделка», как с парнями, а долгий, чувственный процесс. Я входил в неё медленно, смакуя то, насколько рыхлой и податливой она стала. Её ткани обволакивали меня, принимая без остатка. Алиса стонала, запрокинув голову, и её огромные вареники пульсировали под моими пальцами.
— Я больше никогда не буду такой, как она, — шептала она, извиваясь под моим напором. — Я хочу быть только такой... твоей... открытой... испорченной.
Мы занимались любовью долго, наслаждаясь тишиной пустой квартиры и тем, что теперь между нами не осталось никаких тайн и преград. Алиса кончала снова и снова, её тело содрогалось, а широкая щель жадно впитывала каждое моё движение.
Алиса поудобнее устроилась у меня под боком, ее тело все еще мелко дрожало после долгой близости, а растянутые, алые губы были влажными и слегка припухлыми. Я взял планшет и открыл закрытый чат, куда Аня и Марина весь вечер скидывали «отчеты» с дачи.
— Давай посмотрим, как всё начиналось, — шепнула она, включая первый ролик.
Подруга и наши игрушки