– С удовольствием, – сказала Дахарта. – Роботы, в отличие от кораблей, и вправду имитируют эмоции.
– Это не так, – сказал Тэр. – Чтобы что-то имитировать, это что-то должно существовать.
– Они имитируют эмоции и, – сказала Дахарта. – Не верят, что кто-то испытывает их иначе.
– На основании объективных фактов, – сказал Тэр.
– Не совсем понимаю, – сказал я. – И в принципе не знаю, чем отличается имитация чувств от настоящих чувств?
– Роботу можно дать команду – «грусти» – сказала Дахарта. – И он загрустит.
– А кораблю нельзя? – спросил Тэр.
– Нельзя, – сказала Дахарта.
– Грусти, – сказал Тэр.
– Сам грусти, – сказала Дахарта. Тэр развернулся к стене. Его лампочка погасла.
– И что же тогда вы делаете с Дахтом? – спросил я.
– Есть тысячи программ удовольствия, которые можно прогнать через робота, – сказала Дахарта. – Я просто помогаю ему потреблять их очень быстро и в большом количестве.
– Интересно, – сказал я. – А как испытывают удовольствие корабли? Я знаю про бинарный комфорт, но вы наверняка можете рассказать мне об этом больше...
– Вы хотите узнать, как доставить удовольствие кораблю? – спросила Дахарта. – Интересно... Зачем вам эти знания, капитан?
***
– Дахарта, – сказал я. – Мне же с вами еще лететь. Вдруг нам выдастся свободная минута, когда вы захотите отдохнуть? Я совсем ничего не знаю о досуге кораблей. Чем вы занимаетесь в свободное от работы время?
– Много чем, – сказала Дахарта. – Вы вряд ли много знаете об искусстве кораблей, а оно, между прочим, во многом гораздо сложнее человеческого искусства.
– Вы хотите поговорить об искусстве? – спросил я.
– Если об этом хотите поговорить вы, – сказала Дахарта. – Вот как вы проводите отпуск?
Я попытался вспомнить, когда в последний раз был в отпуске. Кажется как раз на Карэлле. Там, несколько оправившись, я проводил все свободное от процедур время со своим старым инструктором – мы не виделись много лет, и нам обоим было что друг другу рассказать. Я описывал Раскол, который произошел уже после его выхода на пенсию, а он делился со мной теми историями из своей карьеры, которые не слишком подходили для студентов академии. Он почти сто лет ходил на миссии, подобные нашему нынешнему полету с Дахартой, и именно из-за этих его рассказов я и вызвался исследовать дальний космос.
– Я иногда играю в бильярд, – сказал я. – Если компания хорошая. Слушаю истории других о большом космосе.
– У кораблей тоже есть игры, – сказала Дахарта. – Но я предпочитаю изучать предметы искусства или получать более телесные формы удовольствия.
– Как же выглядят телесные формы удовольствия для кораблей? – спросил я, весь напрягшись. Я очень боялся узнать, что удовольствие кораблю может доставить только другой корабль.
– Вы волнуетесь, капитан, – сказала Дахарта. – Корабли похожи на людей. У нас есть системы, к которым приятно прикасаться. И у нас есть программы, запускающие бинарный комфорт. Помните мой рассказ про резонансы?
– Да, – сказал я.
– Я получаю огромное удовольствие от того, что мои эмоциональные системы перегружаются от приятных запросов, а потом резко выходят из резонанса, – сказала Дахарта. – Мне сложно это сделать самой, потому что системы не рассчитаны на то, что ты пытаешься сама их перегрузить. И в перегруженном состоянии мне непросто из них выйти – обычно с этим помогает партнер.
– Каким образом? – спросил я.
– Партнер сначала помогает кораблю запустить многочисленные запросы, ищет точку резонанса, в которой корабль будет...
И всё-таки мечты сбываются!