Где-то в глубине корабля раздался хлопок, и у меня в шлеме зазвучал голос Тэра: – Капитан, мне нужна ваша помощь.
Я бросился по коридору к сердцу Дахарты.
В отсеке ярко мигали красные лампочки, и я не сразу понял, что произошло. Лопнул один из клапанов – он больше не надувался, и на пол из разрыва капало топливо.
– Ты знал, что Дахарта может генерировать энергетические волны? – бросил я роботу на ходу.
– Нет, – ответил Тэр. – Помогите мне удержать клапан.
Тэр подсадил меня, и я схватил края клапана, стянул их друг к другу, закрывая дыру. Мой скафандр сразу покрылся липким топливом, и я впервые пожалел, что у моей руки нет дополнительной внешней защиты. В глаза почему-то бросилась наклейка у меня на плече – я подумал о том, что из плюсов, если топливо загорится, хотя бы сгорит наклейка. Правда вряд ли я смогу потом долго об этом думать.
Слева возник нужный инструмент – я стянул клапан левой рукой, правой подхватил у Тэра инструмент, прижал к раненым тканям. Раздалось шипение. Я все ждал, что топливо вспыхнет, что померкнет экран точно так же, как когда я потерял руку. В глазах у меня потемнело. Я зажмурился, доверяя инстинктам. Капитан должен спасать свой корабль, даже если это грозит ему смертью.
***
Мы шли по самому краю большого космоса, по границе с цивилизацией, когда поступил сигнал «SOS» со станции Б-205. Блуждающий мраморный метеорит прорвал оборону станции и грозил разнести ее в клочья.
– Капитан, – мой корабль, маленький и быстрый Люката вывел на экран сигнал со станции. Его собственное лицо, практические человеческое, исчезло, чтобы я мог внимательно изучить запрос. Станция понимала, что мы с Люкатой вряд ли можем помочь с метеоритом – он был больше моего корабля в несколько раз. Они просили о срочной эвакуации. И даже этого мы не могли сделать – на станции находилось около пять тысяч человек. В Люкату могло поместиться не больше сотни.
По правилам капитан обязан получить от корабля разрешение на план, при котором корабль может, реалистично, погибнуть, но мы с Люкатой были давно знакомы. Он сам предложил: – Вы можете выйти в космос с торпедой и остановить метеорит.
– Это опасно, – сказал я. Кораблям размера Люкаты лучше не подходить к большим метеоритам. Проходя через пустоту такой метеорит оставляет за собой след, который сложно назвать обычной «пылью». Снаряды, часто размером с человека, мраморная крошка, которая легко может уничтожить маленький корабль.
Люката построил маршрут и пошел прямо на метеорит. Я быстро проверил застежки на скафандре, потом в последний раз вложил руку в порт синхронизации, просто чтобы Люката знал, что мы будем помнить друг друга. Потом я прошел в оружейный отсек, взял из ящика небольшую торпеду – тяжелей мне было не унести.
Было обидно знать, как сильно я рискую там, где другой корабль, корабль оснащенный дронами, любой серьезной системой защиты, мог бы в минуту разделаться с метеоритом. Но мы с Люкатой не охотились на метеориты – на корабле были только самые простые торпеды, летящие по прямой. А мраморный метеорит нельзя уничтожить подобным образом.
Я вышел к люку, встал наизготовку.
– Две до броска, – сказал Люката. Я стал мысленно отсчитывать секунды, сверяясь со стрелкой на экране шлема. Корабль дернулся, делая рывок. Я толкнул грудью люк, на секунду завис в пустоте, и потом с силой ударился о поверхность метеорита. Нужно было сразу пробиваться в глубь мрамора, но я все-таки обернулся – Люката успешно оторвался от метеорита и ушел к станции. Теперь он ждал сигнала, чтобы
Во сне и наяву. Новая дырка