ладони и тыльную сторону кистей рук. Игорь нежно поглаживал участок между пальцами, иногда глубоко проникая средним пальцем между ними и лаская им ладонь - Тане это напомнило проникновение в другое место. Макс, наплевав на запреты, настойчиво проникал в рукав, гладил гладкую Танину кожу предплечья. Мужчины, не стесняясь, рассматривали красивую женщину практически в упор. Таня физически чувствовала их взгляды — на лице, губах, открытых участках тела, на груди, животе, ногах. Они хотели её. Ей даже почудился в воздухе запах самцов, загоняющих самку. «И ведь загонят», — мелькнула мысль. Олеговы руки тем временем разминали её тело, сновали по спине, заходили на бока с какой-то приятной медлительностью. Она отдавалась во власть этих шести рук, которые мяли, ласкали её.
— Ты чувствуешь, как всё вокруг наполняется сексуальной энергией? Я был прав? — Олег тихо говорил где-то над ухом, и вибрации его низкого грубоватого голоса проходили в самое нутро, щекотали там что-то. — Это потому что рядом с тобой трое мужиков, которые хотят тебя. Наши прикосновения позволяют тебе купаться в энергии. Ты возбуждена без всяких прищепок для сосков и прочей дребедени. Потому что самое важное — это вот это. Бешеное желание, энергия похоти, страсть. Они охватывают и тебя, и нас. И массаж я тебе делаю расслабляющий, а ты от него возбуждаешься, у тебя дыхание перехватывает, губы налились, соски напряжены. Я представляю, как у тебя ТАМ всё набухло. Ты вся наэлектризована желанием. Чтобы тебя взяли просто — как самцы самку, как кобели сучку. Чтобы делали с тобой всё, что захотят, главное — не останавливаясь. Чтобы достичь финишной вспышки энергии. И ещё. И ещё... И ещё...
— Таня, нужно снять накидку, — совсем другим тоном продолжил он и, не дожидаясь ответа, потянул рукава вверх. Игорь с Максом помогли ему. Таня боялась возразить, да и говорить было тяжело — голос мог выдать её состояние.
— Теперь можно разминать руки полностью. — Олег приобнял женщину за плечи и первым нежно прогладил тыльную сторону плеч, отчего Танина кожа покрылась мурашками. Мужики с удовольствием начали осваивать новые участки Таниного тела, поднимаясь ласками всё выше и продолжая пожирать её глазами. Можно было бы разрядить ситуацию шуткой, но Тане было не до шуток. Сердце колотится, дыхание перехватывает, говорить невозможно, даже шептать. Олег чуть приподнял блузку, вытащив её из джинсов, и стал проглаживать кожу женщины вблизи копчика, забираясь уже и в джинсы. Он проводил руками по бокам её тела, опускал вдоль спины, успевая насытить ощущениями большую поверхность Таниной кожи. Затем «массажист» снова переключился на шейно-воротниковую зону, но теперь через вырез блузки прикасался непосредственно к коже. Промяв — вернее, проласкав — каждый участок, он поднялся выше и стал нежно поглаживать шею женщины тыльной стороной руки, задерживая руку в волосах и слегка прихватывая их. Это вызвало новые ощущения, волной пробежавшие по всему её телу. Возбуждение было разным — разной частоты и локации, и насыщение им было разным, будто им наполнялись разные ёмкости в её теле, как в аккумуляторе. Наполнялись, чтобы что? Чтобы выдать разряд чудовищной силы? Не встретив сопротивления, Олег перешёл к ласкам передней части шеи и зоны бикини. Нежными, едва ощутимыми прикосновениями он будил бурю чувств. Периодически «массажист» по-хозяйски сжимал ей горло или, взяв в кулак волосы, заставлял запрокинуть голову.
Таня старалась не открывать глаза, покорно принимая перемену нежных и властных действий. Она отдалась ощущениям, будто впадая в транс, и даже не пыталась анализировать действия мужчин по отдельности. Они будто придвинулись ближе, но страха не было: она верила, что
Отшельник дядя Миша