звуки разносились по кабинке, смешивались с моими стонами и его рычанием.
Я кончила снова — громко, отчаянно, заливая его член своими соками. Третий оргазм был самым сильным — он вышиб из меня дыхание, мысли, всё. Я повисла на его руках, чувствуя, как пульсирует внутри каждая клетка.
Он продолжал двигаться, растягивая моё удовольствие, пока я не обмякла окончательно.
Только тогда он позволил себе кончить.
Я почувствовала, как его член пульсирует внутри, как горячие струи заливают матку — одна, вторая, третья. Спермы было так много, что она потекла по его члену, по моим бёдрам, на пол. Он рычал мне в ухо, впившись зубами в плечо, и кончал, кончал, кончал, пока не опустошил себя полностью.
Мы замерли, тяжело дыша.
Я стояла, упёршись в стену, чувствуя, как его сперма вытекает из меня, стекает по ногам, смешивается с потом и смазкой. Он всё ещё был внутри, пульсируя, не желая выходить.
— Ты как? — спросил он хрипло, когда дыхание немного выровнялось.
— Жива, — ответила я. — Кажется.
Он усмехнулся, вышел. Я повернулась, посмотрела на него. На его мокрое лицо, на размазанную по губам мою смазку, на член, всё ещё твёрдый, с которого капала сперма, смешанная с моими соками.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— А какая разница? — усмехнулся он.
— Никакой, — ответила я.
Он оделся, поправил джинсы, подошёл к зеркалу, пригладил волосы. Я натянула платье, дрожащими пальцами застегнула трусы — они тут же промокли насквозь, пропитались тем, что вытекало из меня.
— Ещё увидимся? — спросил он, открывая дверь.
— Если повезёт, — ответила я.
Он вышел. Я осталась одна в кабинке, глядя на себя в зеркало. Раскрасневшаяся, с размазанной тушью, с искусанными губами, с мокрыми от пота волосами. Из-под платья по ноге медленно стекала густая струйка спермы.
Я провела пальцем по бедру, собрала каплю, поднесла к губам. Лизнула. Горьковато, солёно, по-мужски.
Мама, кузен и я