ноги. Запах её возбуждения ударил в нос, пьянящий и сладкий. Я наклонилась и провела языком по её половым губкам. Она вздрогнула всем телом. Я лизала её нежно, потом быстрее, водила языком вокруг клитора, а потом начала сосать его. Вероника уже не сдерживалась, она стонала в голос, извивалась подо мной, хватая ртом воздух.
— Да... Да, блядь... Лизка, не останавливайся... — кричала она.
Я засунула в неё сразу два пальца и стала трахать её рукой, не переставая работать языком. Она кончила быстро и сильно, выгнувшись дугой и сжимая мою голову бёдрами. Из неё буквально полилось, я чувствовала это своим языком. Я слизывала всё до капли, чувствуя её солоноватый вкус.
— Ах ты сучка... — выдохнула Вероника, придя в себя. — А ну иди сюда.
Она рывком поменяла нас местами. Я оказалась на спине, а она на мне сверху. Она посмотрела на меня затуманенным взглядом, улыбнулась и сказала:
— А теперь я буду трахать твой ротик.
Она сползла ниже и села мне на лицо. Я почувствовала её влажную, возбужденную киску прямо на своих губах. Она начала тереться о мой рот, нажимая всё сильнее.
— Лижи меня, — приказала она. — Вылижи меня всю, как я люблю.
Я послушно высунула язык и начала водить им по её дырочкам. Я проникала внутрь, лизала её клитор, сосала его. Вероника двигалась на моём лице, насаживаясь на мой язык, тиская при этом свою грудь.
— О да, сука... Как же у тебя хорошо получается... — стонала она сверху. — Я сейчас опять кончу... Не останавливайся, блядь!
Она кончила мне прямо в рот, и я жадно всё проглотила. Она скатилась с меня и легла рядом, тяжело дыша.
— Это было... охуенно, — прошептала она.
— Ага, — ответила я.
После этого дня мы стали любовницами. Секс у нас был каждый день. Мы встречались у меня, у неё, пока родителей не было, бегали в заброшки, в туалет или подсобку училища. Мы были жадные друг до друга. Мы облизывали друг другу всё: киски, попки, ноги. Мы спали вместе, просыпались и начинали снова. Я любила, когда она садилась на моё лицо и трахала мой рот своими мокрыми дырочками, а сама в это время сосала мои пальцы, представляя, что это член. Иногда мы пользовались моим фаллоимитатором, по очереди вставляя его друг другу. Это было безумно, грязно и так возбуждающе.
Но мои мысли о сперме и настоящем мужском члене никуда не делись. Они просто отошли на второй план, но я знала, что это ненадолго. А вскоре произошло то, что разожгло этот огонь с новой, невероятной силой.
Мама
Моей маме 41 год. Она симпатичная, пышная женщина с весёлым характером, домохозяйка. Папе 45, он работает инженером, сутки через трое. Мы жили в обычной трёшке, и у меня была своя комната.
Я давно подозревала, что мама гуляет от отца. Ей явно не хватало секса. Когда папа был на сутках, она часто «ходила в гости» или к ней «приходили подруги». Но однажды я всё узнала точно.
Я вернулась домой пораньше с занятий. Открыла дверь ключом и сразу поняла — в квартире кто-то есть. Из маминой спальни доносились голоса. Мужские голоса. Не один. Не два.
Я разулась и на цыпочках подошла к двери. Сердце колотилось где-то в горле. Я прильнула ухом к двери. Сквозь неплотно прикрытую дверь было слышно всё.
Сначала просто разговор, смех, звон стаканов. Они выпивали. Потом голоса стихли, и я услышала чавкающие звуки. Сомнений не было — мама сосала. Кому-то. Или нескольким сразу.
— Ох, ебать... Как же она сосёт, пацаны... — послышался хриплый мужской голос.
Mass Effect. Контракт любовника