её движения, запах, случайные касания - всё это будило во мне новые чувства, смесь нежности и чего-то более острого. Мы не говорили об этом вслух, но наша близость росла, становясь естественной и открытой, без лишних слов.
Годы шли дальше. Я работал помимо листовок еще на стройке. Денег стало побольше, все деньги я нёс домой. Как только я стал зарабатывать побольше, мама наконец-то стала тратить немного на себя. Она одевалась стильно: юбки, платья, даже туфли на каблуке иногда. Это меня радовало - видеть, как она расцветает. Я всегда старался делать маме приятное, дарил цветы, готовил завтраки, вкусные ужины - к этому времени я хорошо научился готовить. И нам с мамой стало жить намного легче, у мамы чаще была улыбка, она выглядела хорошо, а не так, как первые пять лет, когда отец ушёл от нас.
Мне было 17 лет, было жаркое июльское утро, когда мы решили выбраться из душной квартиры на речку. 'Дим, давай искупаемся и позагораем? - предложила мама. - Давно не были на природе, а жара такая, что дома сидеть невозможно'. Я согласился сразу - идея отдохнуть у воды звучала идеально. Мы взяли сумки, взяли велосипеды, и поехали по пыльной дороге к ближайшей реке. Река была тихой, с пологим спуском, окружённая высокими травами и редкими деревьями. Место было нашим любимым - уединённым, без посторонних глаз.
Приехав, мы расстелили покрывало на песке, разделись. На мне были простые плавки, а мама надела синие бикини - яркие, с тонкими завязками на бёдрах и шее. Ткань плотно обхватывала её формы: верхняя часть подчёркивала полные груди, а нижняя - округлые бёдра и упругую попу. Она выглядела потрясающе: кожа гладкая, загорелая от предыдущих вылазок, волосы собраны в хвост. 'Наконец-то свежий воздух! - вздохнула она.
Мы поплавали в теплой реке, плескались, как дети, - вода освежала, смывая усталость. Потом вышли на берег, чтобы позагорать. Мама легла на живот на покрывало, подложив руки под голову, её спина блестела от капель воды. 'Дим, намажь меня кремом, пожалуйста. Солнце печёт, не хочу сгореть'. Я взял тюбик с защитным средством, выдавил порцию на ладонь - крем был густым, с запахом кокоса. Кивнул и опустился на колени рядом с ней.
Я начал с плеч: пальцы скользили по её коже, размазывая крем ровным слоем. Мама расслабилась, тихо мурлыкнула: 'Ммм, приятно, спасибо'. Я двигался ниже - по лопаткам, вдоль позвоночника, до поясницы. Её тело было тёплым, мягким под руками, бикини слегка сдвинулось, обнажив края ягодиц. Я нанёс крем на бёдра, стараясь не торопиться, чувствуя, как её мышцы слегка напрягаются под моими прикосновениями. В этот момент во мне что-то шевельнулось - возбуждение накатило внезапно, как волна. Мой член напрягся в плавках, встал твёрдым, и когда я наклонился ближе, чтобы намазать нижнюю часть спины, он упёрся в её попу через тонкую ткань.
Мне стало неловко - сердце заколотилось, щёки вспыхнули. Я замер на секунду, пытаясь отодвинуться незаметно, но давление было ощутимым: головка члена прижалась к мягкой плоти её ягодиц, и я почувствовал тепло её тела сквозь бикини. 'Чёрт, только бы она не заметила', - подумал я, продолжая мазать, но руки слегка дрожали. Мама ничего не сказала - просто лежала спокойно, дыша ровно, как будто ничего не произошло. Может, она и не почувствовала, или сделала вид, что не заметила.
Я закончил быстро, вытер руки и лёг рядом на спину, уставившись в небо. Член всё ещё стоял, но я постарался отвлечься, думая о чём-то другом. Мама повернула голову, улыбнулась: 'Спасибо, Дим. Теперь я в безопасности
Быль