от солнца. Хочешь, я тебе намажу?' Я отказался. Мы полежали молча, слушая плеск воды и шелест травы а потом отправились домой.
И вот настал мой восемнадцатый день рождения. Это был обычный вечер, но особенный - я только что стал взрослым. Мы с мамой сидели на кухне за столом, освещённым тёплым светом лампы, и обсуждали планы на выходные. К нам должны были приехать её родители, бабушка с дедушкой, и ещё несколько гостей - родственники семьи, чтобы отметить мой день рождения по-настоящему, с тортом и разговорами.
'Дим, давай на первое сделаем борщ, как бабушка любит, - предложила мама, помешивая чай в кружке. - А на второе? Может, курицу в духовке с картошкой? Ты её так вкусно запекаешь, с травами'.
Я кивнул, записывая в блокнот: 'Да, курицу возьмём. Ещё салат оливье сделаем. И пирог с яблоками. А напитки? Компот из сухофруктов можно приготовить и вина купить'.
Мама улыбнулась, глядя на меня с теплотой: 'Ты всё продумал, как настоящий хозяин'. Мы болтали минут двадцать, уточняя каждую мелочь - сколько курицы, какие овощи, чтобы всем хватило и никто не ушёл голодным. Атмосфера была уютной, как всегда, когда мы вдвоём планировали что-то.
Когда мы всё обсудили и я отложил блокнот, мама вдруг замолчала, посмотрела на меня серьёзно. Её глаза заблестели, появились небольшие слезинки, и она взяла мою руку в свою: 'Ты уже взрослый, Дима. За это время благодаря тебе мне было намного легче. Ты мне помогал - и по дому, и деньгами, и просто был рядом. Благодаря тебе мне хотелось жить дальше, не сдаваться. Знаешь, ты стал для меня больше, чем сын'.
Я сидел и не перебивал её, чувствуя ком в горле. Про себя подумал: 'Возможно так и есть'. Эти слова повисли в воздухе, и в тот момент я понял, что наша связь переросла в нечто глубже. Мама сжала мою руку сильнее и вдруг стала ещё серьёзнее: 'Дима, когда я рассталась с твоим отцом, думала, найду другого. Но годы прошли, и я поняла - кроме тебя мне никто не нужен. Я часто думаю о тебе, когда ты рядом, у меня бабочки в животе. И я хочу, чтобы ты помог мне ещё в одном деле'.
Я спросил: 'В каком?'. Она посмотрела прямо в глаза: 'Я хочу, чтобы ты занимался со мной сексом'. Я поперхнулся чаем, не поверил ушам. 'Мам, ты серьёзно?'. Она кивнула: 'Последний раз у меня был секс с твоим отцом, потом только редкие мастурбации. А я женщина, мне хочется настоящего. Ты - моя единственная подмога'. Мне было не по себе - смесь шока, вины, но и странного возбуждения. Она была красивой, одинокой, и я любил её больше всего. В итоге я согласился, хотя сердце колотилось.
В тот же вечер мы пошли в её спальню. Комната была уютной: большая кровать с белым бельём, приглушённый свет от лампы, лёгкий запах её духов. Мама закрыла дверь, повернулась ко мне и медленно сняла свою тунику. Под ней было то самое кружевное бельё - чёрное, облегающее её полные груди и бёдра. Она подошла ближе, взяла мою руку и положила на свою талию: 'Не бойся, сынок. Я научу тебя всему'. Я стоял как вкопанный, мой член уже напрягся в штанах. Она поцеловала меня в губы - сначала нежно, потом глубже, её язык скользнул в мой рот, и я ответил, обнимая её.
Мама отстранилась, села на край кровати и потянула меня за руку: 'Снимай одежду'. Я стянул футболку, штаны, трусы - мой член встал торчком, головка блестела от предэякулята. Она улыбнулась:
Катя начало