тебя... кончай со мной... моя... вся моя...». Мы кончили одновременно – тела задрожали, влага текла повсюду, парная пропиталась запахом нашего секса.
Под душем она обнимала меня, целовала мокрые волосы, шептала, какая я для неё важная. «Повторим? Ещё раз? И ещё?» «Да... всегда... сколько захочешь», – выдохнула я, чувствуя, как сердце разрывается от нежности.
Мы вернулись в город поздно вечером. Она довезла меня до дома, поцеловала на прощание так, будто это последний раз – глубоко, отчаянно. Но мы обе знали: это только начало. Наша любовь – натуральная, романтичная, бесконечная.
Глава 2. Пока она думала, что я сплю…
Позавчера ночью всё началось так невинно, что я даже не подозревала, чем закончится. Мы с Катей весь вечер провели спокойно: болтали о всякой ерунде, пили чай. Она легла спать первой, а я ещё повозилась с посудомойкой. Потом приняла душ, надела свою любимую длинную футболку – без трусов, как всегда дома, – и забралась под одеяло. Катя уже дышала ровно, или мне так казалось. Я закрыла глаза, чувствуя приятную усталость в теле, и начала проваливаться в сон.
Но вдруг услышала её дыхание – оно стало чуть тяжелее, прерывистее. Не храп, не сопение во сне, а именно то самое «пыхтение», от которого у меня мгновенно просыпается всё внутри. Сон слетел в секунду. Я лежала неподвижно, притворяясь спящей, дышала медленно, ровно, закрыв глаза. Однако каждая клеточка тела напряглась и слушала. Сердце заколотилось чаще, а между ног уже начало теплеть – я знала, что это значит. Катя хотела меня, даже во сне, и от этой мысли моя любовь к ней вспыхнула с новой силой, смешанной с похотью.
Сначала она просто придвинулась ближе. Её попа мягко прижалась к моему левому бедру – прямо промежностью. Я почувствовала жар. Не просто тепло тела, а настоящий, влажный, пульсирующий жар, как будто её влагалище дышало на мою кожу. Я прямо ощутила, как её малые губы слегка раздвинулись, прижимаясь к бедру, и я поймала первую каплю её смазки – горячую, вязкую, которая медленно стекла по моей ноге. Она лежала так несколько секунд, словно проверяя, сплю ли я. Потом попыталась чуть извернуться, потереться о мою кожу. Движение было осторожным, почти незаметным, но я ощутила, как её клитор скользнул по моему бедру, оставляя влажный след. Её попа сжалась, мышцы напряглись, и она тихо выдохнула – еле слышно, но с ноткой стона. Я еле сдержалась, чтобы не прижаться в ответ, не схватить её за бёдра и не впиться губами в её шею. Вместо этого я «спала», чувствуя, как моя собственная смазка начинает течь, пропитывая футболку и стекая по внутренней стороне бёдер. Запах её возбуждения уже витал в воздухе – такой родной, что у меня закружилась голова.
Видимо, ей было неудобно – она тихо выдохнула и перевернулась на спину. Взяла мою руку – медленно, будто боялась разбудить. У меня действительно длинные руки, спасибо плаванию в юности, но даже так ей пришлось потянуться. Я «во сне» чуть подыграла: позволила руке расслабленно скользнуть к ней. Она вздохнула протяжно, почти блаженно, когда мои пальцы коснулись её груди. Сосок был уже каменным – твёрдый, набухший, горячий, торчащий сквозь тонкую ткань её ночнушки. Я аккуратно зажала его между указательным и большим пальцем, совсем немного, не сильно, ровно настолько, чтобы чувствительность взлетела до предела. Легонько покрутила, ощущая с наслаждением, как он твердеет ещё больше, как её грудь тяжелеет под моей ладонью. Катя тихо застонала – еле слышно, но я всё поняла. Она начала слегка двигать плечом, будто помогая мне ласкать её
ночь в москве