по бороде. Тело сотрясалось в непрерывной судороге.
Пятый оргазм был самым долгим — почти сорок секунд сплошной конвульсии. Член дёргался внутри трубки, но уже ничего не выстреливало. Только сухие, яростные спазмы.
— Шестой. Последний. Стань чистым.
Мастер добавил ещё один тонкий вибрирующий стержень рядом со страпоном — теперь простата стимулировалась сразу с двух сторон. Вакуумная трубка включила режим «максимальное доение».
Хабиб перестал быть человеком. Он стал одним большим пульсирующим членом. Тело билось, мышцы каменели, из горла вырывались только хриплые, животные стоны. Шестой оргазм был не оргазмом — это была сплошная, непрерывная волна, которая длилась почти минуту. Глаза закатились полностью, сознание мигало, как лампочка на последнем издыхании.
Когда всё закончилось, мастера медленно убрали все приборы. Грузы сняли. Хабиб лежал на плите — огромный, мощный, но полностью опустошённый. Ноги дрожали, член всё ещё стоял, красный, блестящий, подёргивающийся в пустых спазмах. Из него уже ничего не текло. Он был полностью выдоен.
— Калибровка завершена, — спокойно сказал мастер. — Теперь ты чист. Ты заряжен. И ты знаешь, что такое настоящая власть Элизиума.
Хабиб встал. Ноги подкашивались. Он ополоснулся ледяной водой, которая едва привела его в чувство. Накинул чёрную шёлковую накидку. В зеркале он увидел другого человека: взгляд был тяжёлым, глубоким, почти звериным. В нём больше не было самоуверенности хозяина. Там была только голая, первобытная сила и абсолютное знание — он теперь мог трахать весь мир и не устать.
Он вышел в коридор. Ноги всё ещё дрожали, но внутри горел настоящий пожар.
В холле он сразу увидел свою Лейлу. Подошёл, положил тяжёлую руку ей на затылок. Она вздрогнула — и он почувствовал это по-новому, острее.
— Всё в порядке? — спросил он низко.
— Да, Хабиб... — она улыбнулась, и в её улыбке тоже было что-то новое, сломанное и возрождённое. — Я просто очень хочу, чтобы этот вечер никогда не кончался.
Женька уже стояла рядом и ехидно спросила:
— И чего ты такой красный, Игорёк?
Хабиб посмотрел на Женьку, потом на Игоря, потом на свою жену. Улыбнулся медленно, хищно.
— Климат здесь... что надо. Идёмте. Нас ждут на арене.
Он положил руку на плечо Женьке и тихо, только для неё, добавил:
— Сегодня мы не просто будем трахаться. Сегодня мы будем богами.
Вся пятёрка стояла перед огромными дверями главного зала — пять человек, каждый из которых только что прошёл через свой личный момент истины
Богини спорта