подоконнику, выглянула в темноту улицы и глубоко вздохнула. Окрестность тонула в непроглядной ночной темноте, а здесь, в теплом и светлом здании нет никого, кто отозвался бы на ее простую просьбу. Не привыкшая к отказам, девчонка подперла руками голову и долго не шевелилась, она старалась не дать волю истерике. Никто больше не желал ее и, если последний шанс не сработает, она просто сойдет с ума.
Лола прекрасно понимала причину своих неудач: первый случай, когда ее застали с любовником, закончился уголовным судом и ребята из общежития стали осторожнее. Но после второго уголовного дела никто больше не решался уединяться с ней. Между этими событиями прошло достаточно времени и она успела привыкнуть к изобилию мужского внимания. Раньше не ожидающие опасности ребята напрягали все свое остроумие, соперничали друг с другом, чтобы в итоге каждый из них поочередно воспользовался расположением общажной проказницы. Но второй суд окончательно закрепил за ней дурную репутацию – каждый знал истинную цену ее показного целомудрия, ведь при расследовании Лола выглядела совершенно невинной жертвой домогательства. Лола встряхнулась и решительно направилась к последней двери. В комнате она подсела на уголок кровати, склонилась и ласково обдала теплым дыханием лицо спящего паренька. Она не решалась его будить открыто, боясь снова потерпеть позорный отказ, просто наслаждалась запахом мужчины.
— Ромочка, - шепнула Лола как можно ласковее, - посмотри, кто к тебе пришел!
Ресницы парня вздрогнули и дыхание замерло. Очевидно, он уже проснулся, но не хотел отвечать визитерше, прикинувшись спящим. Тишина. За весь вечер именно здесь она получила самый тактичный отказ. Сидя на чужой кровати, Лола развернулась, подперла обеими руками лоб и несколько минут сидела на краешке с опущенной головой. Еще недавно такое равнодушие казалась немыслимым, поэтому сейчас, когда безумно хочется трахаться, испытывать отказы один за другим было чертовски унизительно. Лола всхлипнула.
— Не плачь, - услышала она вдруг голос из темноты зашторенной комнаты.
Лола обернулась – кто-то не пожалел для нее доброго слова? Девушка прошла на голос, опустилась перед кроватью на корточки и только глаза ее блестели в общажной плотной темноте.
— Как тебя зовут? – Робко спросила Лола дрожащими губами.
— Славик, - отозвался незнакомый голос.
— Славик, трахнешь меня? – С надеждой в голосе спросила отчаявшаяся девушка.
Паренек поднялся с постели и, как был – в трусах и белой майке – направился к двери, будто остерегаясь издевок соседей по комнате.
— Не вздумай, - прозвучало в темноте суровое предостережение.
Но Славик не прислушался, он выпустил гостью в залитый светом коридор, плотно прикрыл дверь комнаты и оперся поясницей о выступающее ребро подоконника. Худенький первокурсник, на такого Лола еще недавно даже не взглянула бы, но теперь была рада и ему.
— У меня есть презик, - девушка запустила пальцы в карман шортиков, - пойдем в туалет!
— Постой! – Попытался возразить Славик. – Нельзя…
— В туалет нельзя? – Лола недоуменно сдвинула брови. – У вас камеры повесили?
— Да нет, вообще нельзя.
Славик крепился, соблазнительная куколка уговаривала трахнуть ее, но последствия могли быть самыми неприятными и это было хорошо известно. В случае обнаружения и его могла ждать перспектива уголовки, а малышка опять не признается в полюбовной связи, чтобы не вылететь из колледжа. Нужно было прогнать настырную развратницу, но мысли о ее пышных прелестях тянули на безумный риск и Славик не в силах был отказаться от щедрого предложения, а потому лихорадочно искал решение, которое не подвергало бы их риску.
— Слава, Славочка! – Лола буквально теряла самообладание. – Никто нас не увидит, клянусь!
Пока паренек колебался, она стащила через голову розовую маечку и настойчиво притянула
Ведь я мужчина!