Категории: Измена | Зрелые
Добавлен: 10.03.2026 в 01:54
вчерашний инцидент с юбкой?" Она сжала ноги, но тело отреагировало теплом внизу живота. "Сосредоточься, Алина. Студенты смотрят".
Лёха осмелел: провёл ладонью вверх по бедру — медленно, по внутренней стороне, под юбку. Ткань чулка закончилась, началась голая кожа — горячая, с лёгким потом от нервов. Пальцы скользнули к краю трусиков — кружевных, чёрных, как вчера. Алина замерла, губы приоткрылись: "Эээ... так, где я остановилась?" Мысли вихрем: "Это не ветер. Кто-то трогает. Но... никого нет. Галлюцинация? После вчерашнего с Сашей переутомилась?" Она оглядела аудиторию — все сидят, пишут, никто не смотрит подозрительно. "Может, нервный тик? Но... это приятно. Чёрт, тело предаёт". Ноги раздвинулись чуть — инстинктивно, и она прикусила губу, чтобы не вздохнуть.
Он изучал дальше: пальцы нырнули под резинку трусиков, коснулись лобка — гладко выбритого, как вчера, с лёгкой щетинкой. Провёл по губам — припухшим, уже влажным от внезапного возбуждения. Клитор набух — маленький, чувствительный, и Лёха нажал на него круговым движением. Алина ахнула тихо — замаскировала под кашель, схватила стакан с водой, отпила. Мысли: "О боже... это реально. Кто-то невидимый... трогает меня. На лекции! Студенты... Женя, Саша... Нет, это невозможно. Но... почему я просто стою столбом? Не кричу?" Тело горело: соски затвердели под блузкой, проступая через ткань, грудь вздымалась чаще. Она сжала ручку в руке — костяшки побелели. "Это как в эротическом сне. Но если это сон... то пусть продолжается".
Лёха не останавливался: два пальца раздвинули губы — мокрые, скользкие, вошли внутрь — медленно, на сантиметр, кружа. Внутри было горячо, стенки сжались, обхватывая. Он чувствовал её пульс — быстрый, как у загнанного зверя. Алина Сергеевна опустила глаза в конспект, но буквы плыли: "Чёрт... глубоко... ещё... Нет, Алина, соберись! Ты преподаватель. Дети дома, муж... Но это... так хорошо". Она сделала вид, что пишет на доске — встала, повернулась спиной к залу. Юбка натянулась на попе — упругой, круглой. Лёха встал за ней: одной рукой продолжал внутри, другой провёл по ягодице — сжал сильно, через ткань, чувствуя стринги врезавшиеся между половинками.
Она выгнула спину чуть — незаметно, но Лёха почувствовал. Мысли: "Он... оно... сзади. Сжимает. Как Саша вчера. Но здесь, на работе... Студенты видят? Нет, я стою спиной". Она написала цитату дрожащей рукой — буквы неровные. "Если это призрак... или галлюцинация... то пусть доведёт до конца. Я не выдержу". Дыхание участилось, щёки вспыхнули румянцем — она списала на жару в аудитории. "Ещё... пожалуйста... глубже".
Лёха изучал грудь: рука скользнула под блузку спереди — ткань шёлковая, гладкая. Коснулся живота — плоского, с лёгкими растяжками от родов, потом вверх, к лифчику. Отодвинул чашку — грудь вывалилась, тяжёлая, упругая, сосок твёрдый, как горошина. Сжал — сильно, покрутил сосок между пальцами. Алина прикусила губу — кровь проступила, но она улыбнулась залу: "Вопросы есть?" Голос дрогнул. Мысли: "Грудь... он трогает грудь. Сосок болит... но приятно. Как в молодости, когда Женя... Нет, не думай. Кончи уже, чтобы это закончилось. Или... не кончай". Она сжала бёдра — поймала его пальцы внутри, надавила на клитор своей рукой под столом, когда села обратно — якобы поправляя юбку.
Студенты ничего не замечали: кто-то зевал, кто-то чатился в телефоне. Лёха ускорил ритм — пальцы входили глубже, быстрее, с чавкающим звуком, который она маскировала шорохом бумаг. Она кончила внезапно — тело напряглось, как струна, глаза закатились на миг, рот приоткрыт в беззвучном "ооо...". Изнутри хлынуло — мокро, обильно, стекая по его руке, по стулу. Мысли: "Кончаю... на лекции... перед всеми... Боже, это безумие. Но... оргазм... такой сильный". Она осела в
Дневник режиссёра.. Ч.1. Рекламный ролик.