— уже мягче, ласковее — и Кэрри расслабилась, позволяя удовольствию растекаться по телу.
Она закинула ногу на ногу под столом, устраивая игрушку так, чтобы она прижималась прямо к чувствительной точке. И тут же почувствовала, как горячая влага потекла по внутренней стороне бедра, ропитывая кружево чулок.
Грегг снова взял телефон. Напряжение внутри нарастало молниеносно. Дыхание сбилось. Тихий стон всё-таки вырвался — она прикусила губу до крови. Слёзы навернулись от напряжения. Она запаниковала: вдруг услышат, как гудит эта штука внутри?
Пальцы мужа на экране вычерчивали новый узор. Клитор запульсировал так сильно, что Кэрри выгнулась в кресле, тяжело дыша, извиваясь. Волны удовольствия накатывали одна за другой. Она почти ничего не видела вокруг — только его улыбку. Он замедлил темп. Она выдохнула с облегчением. Телефон пискнул.
«После лотереи — аукцион обещаний.
Забыл предупредить.
О, и ты тоже в нём участвуешь »
Кэрри посмотрела на мужа с грустной, почти умоляющей улыбкой. Она едва понимала вторую часть. Пальцы быстро набрали:
«После этого мне нужно, чтобы меня выебали до потери сознания»
Грегг улыбнулся шире, не отрывая от неё глаз. Кэрри потеряла всякий интерес к происходящему — она ерзала на стуле, представляя, как он врывается в неё дома, грубо, жёстко, безжалостно. И вдруг услышала своё имя в микрофоне.
«Итак... ужин из трёх блюд на пятерых, приготовленный и поданный женой Грега — Кэрри Уилсон! Кто начнёт с ста пятидесяти фунтов?»
Она ошарашенно посмотрела на мужа. Он даже не спросил! Выставить её как су-шефа на аукцион... Она бы не возражала. Но эта его самоуверенность разозлила. А потом внутри снова взорвалась вибрация — и все взгляды устремились на неё.
Не успела она опомниться, как цена перевалила за триста пятьдесят. Потом четыреста. Среди участников — давний друг Грега Джейк Паркинсон. И ещё один мужчина — незнакомый, темноволосый, сидевший слева. Красивый. Опасно красивый.
Внутри яйцо гудело непрерывно. Воображение Кэрри уже рисовало совсем другую картину аукциона. Её продают. Не за ужин. За неё саму. За то, чтобы её раздели, использовали, трахали, унижали. Оба мужчины были хороши. Джейк — уверенный, чуть постарше. Незнакомец — моложе, хищнее.
Она прикусила губу, позволяя фантазии разыграться. Вибрация на максимуме сводила с ума. Она переводила взгляд с одного на другого, представляя, как они берут её вдвоём, как заставляют стонать, как кончают на неё...
Зал зааплодировал. Кэрри выдохнула. Теперь она хотя бы узнает имя этого мужчины. Щёки пылали. Мысли путались. Игрушка внутри продолжала свою сладкую пытку.
Официальная часть закончилась. Люди общались под негромкую музыку.
Кэрри сделала большой глоток водки с колой. Грегг подошёл сзади, обнял за талию. Его лосьон после бритья ударил в ноздри — знакомый, возбуждающий.
— Как вечер? — спросил он со смешком.
— Сложно... — ответила она с вызовом. — Мне нужна разрядка после всего, что ты со мной вытворял.
Он нежно поцеловал её в плечо. Игрушка внутри продолжала мягко, ритмично двигаться.
— Я знаю, как тебе скучно на таких тусовках... Решил тебя развлечь, — прошептал он.
Она обернулась, сжала его руку:
— Ты ублюдок... Но дома я тебя так жёстко оттрахаю, что ты неделю ходить не сможешь.
— Обещания, обещания... — усмехнулся Грегг.
— И спасибо, что выставил меня на аукцион... Хотя этот Маркус выглядит... — она сделала паузу, —. ..очень горячо.
— Маркус Арлингтон помолвлен, кажется. Но, возможно, я не подумал о последствиях, — он крепче сжал её талию. — Может, это мне стоит тебя выебать до потери пульса... Заявить права... Жёстко. Грязно. Чтобы ты помнила, чья ты.
От его слов по телу прошла дрожь. Она уже представляла, как он прижимает её к стене, входит
Орхидеи