— Да, измудохаю и изваляю в грязи, в болотной жиже. А потом погоню розгой обратно домой, прямиком в баню. И вот там мы с тобой знатно попаримся! И ты не вздумай мне сам отдаваться, нет! Я хочу, чтобы ты до последнего сопротивлялся. Орал, как резаный, ползал по горячему склизлому полу, царапал его своими когтями, увиливал своей красной распаренной попой и молил, - обязательно чтобы молил о пощаде! И в последний момент я просто выебу тебя в жопу. И ты сразу успокоишься, уверяю тебя. Потому что всё уже будет позади...
Она получила на руки свои карты и сделала ход. С козырей. В этот момент все остальные барышни уже собрались вокруг стола, за которым играли Софи и Полинка. Все напряжённо следили за игрой. И только сама милфа сидела в своём преподавательском кресле, небрежно закинув ногу на ногу, и таинственно улыбаясь, наблюдала не за картами, а за реакциями Москвича на весь тот лютый пиздец, который ему нашёптывало его же собственное тело, окончательно рехнувшееся и ставшее, похоже, вместилищем какого-то потустороннего демона.
И Павел, кажется, уже догадывался, какого именно.
Партия закончилась быстрым разгромом визгливой Софочки. Полина выложила ей сразу четыре Пажа всех мастей, Софи отбилась парой Королей и двумя козырными Пентаклями. Полина зашла с козырей, и Софи запаниковала. Чего там было дальше, Москвич уже не запомнил. Он искал в своей колоде вожделенную тройку. Тройку Пик. Он мысленно твердил одно-единственное заклинание «тройка-семёрка-туз, тройка-семёрка-дама»...
Не помогло. Да и не могло помочь. Банкомётом теперь была Полинка, колоду она держала в руках уверенно и явно контролировала её по всем канонам Таро, которых Москвич не знал, и знать ещё не мог. Это же был его первый урок! Однако никаких скидок здесь новичкам не делали. Всё было по-взрослому, только гораздо круче.
Полинка, улыбаясь ещё ласковее, чем это делал Чекалинский в повести Пушкина, стасовала колоду и стала метать. По правилам штоса, в который играл пушкинский Германн в «Пиковой даме», банкомёт кидал карты на две стороны. Понтирующий, то есть игравший против банкомёта, загадывал свою карту. Если карта ложилась направо – выигрывал банкомёт. Если налево – понтирующий.
Направо лёг паж Монет, налево - тройка Мечей, она же тройка Пик. Москвич выиграл в первой прокидке. Барышни, следившие за игрой, многозначительно переглянулись.
Теперь Полина долго и тщательно тасовала колоду. Дула на неё, словно хотела остудить, что-то шептала, в общем, делала вид, что ворожит и сосредотачивается. Наблюдавшая за всем этим милфа только посмеивалась.
— Тебе помочь? – нагло спросил Москвич у Полины. Она слегка нахмурилась и прекратила таинственные манипуляции. Стала метать.
Направо упала десятка Пентаклей, налево – семёрка Мечей. Москвич выиграл и во второй прокидке. Напряжённо следившие за поединком ведьмочки сдержанно похлопали ему.
Перед третьей прокидкой Полинка сама отдала ему колоду, чтобы Павел её стасовал собственными руками.
— Не по правилам, - заметила Екатерина. – Но раз вы решили пижонить, то ваше право!
Москвич почувствовал, как хрустят, сопротивляясь в его ладони чужие карты, и потому особо долго тасовать не стал. Всё равно ведь обманут, решил он и стал напрягать и расслаблять под столом мышцы ног, готовясь к побегу на болота.
Полинка теперь метала медленно, всё так же ласково улыбаясь, и глядя ему в глаза. Туз Мечей выпал на втором броске, почти сразу, и на левую сторону. Третий подряд выигрыш Москвича. Все шумно выдохнули, некоторые барышни хлопнули по ладошкам друг дружку, видимо заключали молчаливые пари.
— Поздравляю, - произнесла милфа из своего кресла, даже не взглянув на карты. – Теперь осталось проверить, не обдёрнулся
Начальница-4