была китайской вазой. Хотя, если честно, в тот момент я чувствовала себя кем угодно, только не хрупкой.
Я на секунду замерла, глядя на него снизу вверх.
Сейчас он выглядел ещё лучше... роскошно! И это было уже просто нечестно.
Он навис надо мной, опираясь руками по обе стороны от моих плеч.
Я невольно улыбнулась.
— Только не говорите, что у вас ещё и кровать удобная, — пробормотала я (придёт же в голову такое).
Он усмехнулся.
— Боюсь, это тебе придётся проверить самой.
— Вот это я и пытаюсь сделать, — ответила я, стараясь говорить спокойно. Хотя, судя по тому, как бешено колотилось сердце, спокойствие было чистой фикцией.
Он наклонился ближе.
Остановился.
Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на носу.
— Не болит?
Я фыркнула.
— Болеть перестанет. А вот если вы сейчас остановитесь - это будет трагедия. (ещё и на Вы?!.. воспитанная, ёптить).
Он тихо рассмеялся.
— Тогда не будем рисковать.
И снова поцеловал меня.
<>
Прелюдия.
Тому, как он меня раздевал, отдельную главу посвящать не буду - одета я была весьма банально (ну не планировала я секс...).
А вот дальше...
Он двигался неспешно. Почти лениво. Будто у нас впереди была целая вечность (как минимум), и ему совершенно некуда было спешить.
И это сводило с ума.
Его руки скользили по моему телу так уверенно, словно он знал каждую тропинку, каждую скрытую трещину в этом ландшафте. Кончики пальцев задерживались там, где кожа особенно восприимчива, и уходили дальше ровно в тот момент, когда мне начинало казаться, что ещё секунда - и я не выдержу.
Он, конечно, виртуоз... Тело женщины для него - музыкальный инструмент (орган, не меньше), а он - настройщик, тонко чувствующий малейшее колебание, микровибрации... улавливающий частоту моих стенаний и вздохов.
Его ладони задержались там, где дыхание от ласк сбивается особенно легко. Пальцы обвели мягкую округлость одной груди... потом второй... будто проверяя звучание струны, и от этого лёгкого движения по мне прокатилась горячая волна.
Я выгибалась дугой ему навстречу.
(Господи...)
(Если он так начинает, то чем это всё закончится?..)
— Терпение... — тихо сказал он почти у самого моего уха.
Его голос был низким, хриплым...и именно это было для меня сигналом, что и его сжирает пламя... что он в огне, как и я...
Его губы мелкими шажками пробегали по моей шее. Иногда касаясь едва-едва, иногда задерживаясь дольше, чем следовало бы. Я чувствовала его дыхание - тёплое, сбивчивое - и от этого внутри всё начинало плавиться (не преувеличиваю).
Его рука снова скользнула вниз, медленно, будто прокладывая новую тропу через густую траву. Пальцы задержались там, где одно лишь прикосновение способно выбить почву из-под ног.
Я вцепилась пальцами в его плечи.
(Так... спокойно...
Нет, не спокойно...)
Он поднял голову.
И посмотрел на меня тем самым взглядом - глубоким, тёмно-синим, от которого я уже однажды потеряла дар речи.
— Если ты сейчас снова начнёшь задавать разумные вопросы... — пробормотала я, — я тебя, честное слово, укушу (на это у меня сил хватит).
Он тихо рассмеялся.
И снова наклонился ко мне.
Его ладони скользнули по моим бёдрам, медленно, почти задумчиво.
Мои мысли (те, что ещё метались в голове словно мотыльки) постепенно растворялись в каком-то тёплом, густом тумане.
Мир вокруг сузился до нескольких вещей.
Его рук.
Его дыхания.
И того момента, который вот-вот должен был случиться...
Даа... не мучай меня, прошу.
Я закрыла глаза.
И только выдохнула:
— Господи...
Он, как разведчик, который ползёт через колючую проволоку, начал входить. Невозможно медленно...Мучительно долго...Бесконечно...
Последнее движение.
И полное погружение.
Глубокий вдох. .. и я распахнула глаза ему навстречу.
Он наклонился к моему лицу и, не отводя глаз - синих, как море перед бурей, - прошептал прямо в мои губы:
Отдых в Тунисе