огоньки пульсируют в глубине её тела, подсвечивая влагалище изнутри. Это было фантастическое, невероятное зрелище.
— Я называю это "Северное сияние", — прошептала Кира, начиная двигать сосулькой внутри себя.
Маша и Инга заворожённо смотрели на неё. Свет переливался, менял оттенки, и каждый раз, когда сосулька входила глубже, влагалище Киры озарялось новым цветом — розовым, голубым, зелёным, фиолетовым.
Инга не выдержала. Она опустилась на Киру, приникла к её губам и начала целовать — жадно, глубоко, с наслаждением. Кира отвечала, не прекращая движений сосулькой. Маша смотрела на них непроизвольно двигая бедрами в такт движения сосульки в теле Киры.
— Я тоже хочу попробовать расширитель, — сказала она, когда Инга оторвалась от Киры. — Можно?
— Конечно, милая, — Кира протянула ей фаллос с грушей. — Сергей, помоги жене.
Маша легла, широко раздвинув ноги. Сергей, всё ещё с онемевшим, но твёрдым членом, ввёл в неё тонкий фаллос начав накачивать грушу. Фаллос внутри Маши ожил начав раздуваться, растягивая стенки её влагалища.
— Ох... — выдохнула Маша. — Ещё... давай ещё...
Сергей накачивал. Стенки влагалища растягивались, становясь всё шире и шире. Было больно, но боль эта была сладкой, желанной. Маша закусила губу, терпела, но просила ещё.
— Ещё... ещё... я хочу чувствовать, как растягиваюсь...
Сергей накачивал до предела. Маша застонала, пальцы её лихорадочно теребили клитор. И вдруг она закричала — оргазм накрыл её с такой силой, что она выгнулась дугой, и одновременно с этим Сергей нажал клапан. Воздух с шипением вышел, и Маша кончила, содрогаясь всем телом, прыснув влагой от наслаждения.
— Ох... — прошептала она, когда судороги затихли. — Это было... невероятно. Серёжа, купим мне такую? Пожалуйста.
— Купим, — пообещал Сергей, глядя на её растянутое, раскрытое влагалище с восхищением.
Он приставил свой член к её растянутому входу и легко вошёл. В растянутом, расслабленном влагалище было невероятно приятно — тепло, мягко, просторно.
— Мне тоже нравится, — прошептал он. — Очень.
Кира тем временем встала и направилась на кухню. Вернулась она с упаковкой сарделек — длинных, упругих, аппетитно розовых, только что из холодильника.
— Кошечки любят холодненькое, — промурлыкала она, разрывая упаковку. — У нас пизды горят, нужно их остудить.
Она протянула сардельки Маше и Инге. Те, не сговариваясь, взяли по штуке и ввели в себя. Прохлада мяса обожгла разгорячённые, растянутые влагалища, даря невероятное, ни с чем не сравнимое ощущение.
— Ох... как хорошо... — простонала Инга, двигая сарделькой внутри себя.
Кира тоже взяла сардельку, ввела её в себя, и три женщины лежали на ковре, мастурбируя холодными сардельками, и это было так дико, так нелепо и так невероятно возбуждающе, что они кончили почти одновременно, с криками и стонами.
— А теперь, — сказала Кира, отбрасывая использованные сардельки в сторону, — Сергей, твоя очередь. Ты как мужчина просто обязан выебать своих кисок. Всех. По очереди. Как хочешь, сколько хочешь.
Сергей начал с Маши. Он уложил её на спину, закинул её ноги себе на плечи и вошёл глубоко, до самого основания. Маша стонала, вцепившись в его плечи. Он двигался медленно, потом быстрее, чувствуя, как её растянутое влагалище сжимается вокруг него. Не дав Маше кончить, он переключился на Ингу. Она подползла и встала на четвереньки выгнув спину над Машей.
Вытащив член из жены, Сергей практически не целясь ткнул членом в промежность стоявшей перед ним раком девушки. После растянутого влагалища жены, влагалище Инги показалось ему невероятно узким, сдавившим член.
Кира наблюдала за ними, лаская себя пальцами. Её хвост подрагивал, глаза горели.
— А теперь еби меня, — попросила она, когда Инга, вскрикнув кончила.
Сергей уложил Киру на спину. Она была горячей, влажной. Её влагалище,
Моя тетя супер давалка