На большой перемене Лена подсела ко мне на подоконник.
— Ну чё, как ты? — спросила тихо, без своего обычного ржача.
— Нормально, — буркнула я, глядя в окно.
— Ладно, врать не умеешь, — хмыкнула она: — Вижу, что паришься. Пройдёт.
Я промолчала. Она потрепала меня по плечу и ушла, цокая каблуками. А я осталась сидеть, смотреть на школьный двор, где Саша с пацанами гонял мяч. Такой худой, в очках, лохматый. Мой. Родной. И чужой одновременно.
Весь день я ловила себя на том, что сравниваю. Саша и Паша. Саша боится сделать мне больно, а Паша... Паша просто вошёл, когда я сама качнулась. Саша целует нежно, а Паша целовал так, что голова кружилась. Саша кончает мне в рот, и Паша кончил мне в рот, а потом на живот, дроча перед моими глазами.
К вечеру я решила твёрдо: "Всё. Больше никогда. Никаких суббот, никакого Паши. Я люблю Сашу. Мы шесть лет вместе. Я не предам его снова".
Легла спать с этой мыслью. И всю ночь мне снился Паша.
Вторник. Мы с Сашей делали вид, что готовимся к контрольной. Сидели у меня в комнате, родители были дома, так что вели себя тихо. Учебники раскрыты, ручки в руках, но мы даже не смотрели в них.
Целовались. Долго, тягуче, как всегда. Он залез ко мне под кофту, мял грудь, дышал тяжело в шею. А я...
Я закрыла глаза и увидела Пашу.
Его широкие плечи, блестящие от пота в свете свечей. Тёмные глаза, смотрящие на меня с таким желанием, что у самой всё переворачивалось. Его член, который только что был во мне — горячий, твёрдый, живой. Я чувствовала его вкус во рту — хотя прошло уже два дня, а он всё не уходил.
Саша что-то шептал, целовал ключицы, а я видела Лену верхом на Жене. Как его член входил в неё, как она запрокидывала голову и стонала. Видела Пашу, который дрочил себе на живот, глядя на меня, и его сперма разливалась по коже белыми лужицами.
— Ты чего? — шепнул Саша, заметив, что я зависла.
Дёрнулась, открыла глаза.
— Ничего. Всё хорошо.
И поцеловала его сама, чтобы не спрашивал.
Потом был минет. Обычный, привычный, отработанный до автоматизма. Я встала на колени, расстегнула его джинсы, взяла в рот. Делала всё как всегда — ритмично, старательно, чтобы ему было хорошо. Головой двигала, языком работала, рукой помогала.
Но в голове крутилось другое. Другой член. Толще. Горячее. Другой вкус — терпкий, острый, чужой. Другие ощущения, когда он кончал мне в рот, а я глотала, чувствуя, как пульсирует на языке.
Саша кончил, я сглотнула, и вдруг слёзы сами брызнули из глаз.
— Ты чего? — испугался он. — Я сделал что-то не так?
— Нет, нет, — зашептала я, вытирая щёки: — Просто... просто гормоны. Месячные скоро.
Он обнял меня, прижал к себе, гладил по спине. А я сидела и думала: я только что представляла другого, когда делала минет своему парню. Что со мной не так?
Среда. Я твёрдо решила: больше никогда.
Никаких суббот. Никаких компаний. Никакого Паши. Я люблю Сашу. Мы шесть лет вместе. Я не предам его снова. Буду хорошей девушкой, всё забуду, всё пройдёт.
Весь день повторяла это как мантру. Даже Лене не отвечала на сообщения.
Четверг. Большая перемена, мы с Леной сидим на подоконнике в школьном коридоре. Она курит в форточку, я болтаю ногами и смотрю в пустой двор.
— Насть, ну чё, в субботу идём? — Лена стряхивает пепел на улицу: — Женя сказал, Паша спрашивает про тебя. Ты ему, короче, очень зашла. Говорит, думал о тебе
Дорожное приключение...