Категории: Измена | Зрелые
Добавлен: 24.03.2026 в 11:30
киску. Это было совсем не похоже на то, что он когда-либо видел раньше в поно-фильмах, — складки и изгибы её плоти были откровением, картой места, о существовании которого он и не подозревал. Она была прекрасна в своей уязвимости, и вид её заставлял его член болезненно пульсировать в штанах.
Глаза Авениры Самуиловны резко открылись, она смотрела на внука с огненной интенсивностью.
— Сними брюки, — приказала она, её голос был хриплым шёпотом. Давиду не нужно было повторять дважды. Он неуклюже возился с брюками, штаны скапливались вокруг лодыжек. Его член выскочил наружу, толстый и жадный. Авенира Самуиловна осмотрела на его молодую, твёрдую плоть, стоящую перед ней, и почувствовала, как волна желания накрыла её.
— Подойди ближе, — сказала она, протягивая руку, чтобы коснуться его. Он сделал шаг вперёд, его член покачивался с каждым движением. Авенира Самуиловна обхватила ствол члена рукой, чувствуя жар и пульс его возбуждения. Давид ахнул, колени подкосились. Бабушка начала гладить его член, движения были медленными и обдуманными, наблюдая, как выражение лица внука искажается с каждым прикосновением.
Их взгляды встретились, и между ними возникло невысказанное понимание. Это было неправильно. Они оба это знали, но потребность была слишком велика, чтобы её игнорировать. Авенира Самуиловна наклонилась, с открытым ртом и взяла головку его члена между губами. Бёдра Давида непроизвольно дернулись, и он тихо застонал. Она попробовала солёный пред эякулят на головке члена и удивилась, что ей понравилось.
Её рот стал всё влажнее, и она впитывала член внука глубже, её зубы касались чувствительной кожи. Его руки запутались в её волосах, направляя её, пока она покачивала головой вверх и вниз. Ощущение его члена, наполняющего её рот, было новым и захватывающим, резким контрастом с силиконовым фаллоимитатором, к которому она привыкла, за многие годы. Авенира Самуиловна чувствовала себя живой, её сексуальные чувства обострялись.
Дыхание внука стало прерывистым, а бёдра начали двигаться в такт её движениям. Авенира Самуиловна чувствовала, как напряжение нарастает в нём, как его тело напрягается, а дыхание сбивается. Это было опьяняющее чувство, — власть, которую она имела, над этим молодым человеком. Она стала сосать сильнее, её язык скользил, по чувствительному месту прямо, под головкой его члена. Его руки крепче сжали её волосы, мягко тянули, подталкивая её идти быстрее.
Пока Авенира Самуиловна работала с ним ртом, сексуальное желание росло. Она просунула руку между ног, пальцы нашли путь в её влагалище. Звуки их приглушённых стонов наполнили комнату, — симфония нужды и желания. Член Давида становился толще во рту, и она знала, что он близок к семяизвержению. Она отстранилась, всё ещё гладя его член, и наблюдала, как раздражение играет на его лице.
— Бабушка, — выдохнул Давид.
— Я собираюсь... Я собираюсь...
Авенира Самуиловна ухмыльнулась, глядя на его член, её глаза блестели сексуальным голодом, которого она не чувствовала много лет.
— Всё в порядке, — прошептала она, двигаясь быстрее. «Ты можешь кончить на меня, Давид».
С сдавленным криком он это сделал. Его член пульсировал, и горячая сперма брызнула на её лицо и грудь, окрашивая её своей страстью. Авенира Самуиловна почувствовала странное сочетание материнской гордости и плотской страсти, наблюдая, как он разрушается перед ней. Она сделала это с ним, довела этого невинного мальчика, до грани удовольствия.
Тело Давида дрожало, когда он отступил, его член медленно опускался. Он посмотрел на бабушку, щёки его покраснели от смущения.
— Бабушка, я... Мне очень жаль, — пробормотал он, потянувшись к брюкам.
Но Авенира Самуиловна осталась невозмутимой. Она села, вытирая сперму с лица тыльной стороной ладони.
— Не за что извиняться, Давид, — сказала она, голос всё ещё был
Осенний вечер