о волшебном предназначении чудесного шарика в своей писичке, один раз попробовав я уже не могла оторваться. Любила ЭТО, люблю и буду любить ЭТО навсегда!
И вот теперь меня собирались драть по-настоящему. Дырочка на попке сжалась ещё плотнее, превращаясь в невидимку, а краник вновь открылся. Из меня хлынул горный поток.
Волк ухмыльнулся.
— Не бойся, деточка, драть я тебя буду не больно, тебе понравится. А для начала пососи мне его.
И тип ткнул мне в лицо своим раздувшимся членом. В нос ударил возвращающий меня в реальность терпкий аромат мужского парфюма. Он что, себе в трусы ведро парфюма вылил?
Мой рот самопроизвольно открылся, готовый принять в себя пурпурную головку, но в последний момент член замер у меня перед губами. Рот мой захлопнулся.
Почему Волк не дал мне пососать член — так до сих пор и является для меня загадкой.
— Поднимись, — приказал он.
Поднявшись на ватных ногах, я спиной прислонилась к стволу берёзки, рядом с которой писала.
Волк горящими глазами, облизываясь, уставился на мой голый, как у маленькой девочки, выбритый лобок.
В голове мелькнуло: «Меня сейчас не только... (трахнут), но потом ещё и съедят».
Меня рассматривали, водя глазами по моему трепещущему тельцу, как дулом автомата. Сапожки, спущенные до колен колготки, ножки, лобок, задранная юбочка, курточка, напуганная мордашка — и вниз, в обратной последовательности.
Волк рассматривал жертву, показательно дроча свой пупырчатый член.
— Ты почему ходишь без трусов? Ты хочешь еба... (трахаться)? — продолжая осмотр, облизнувшись, поинтересовался он.
Вот и что мне ему сказать? Что я девочка-целочка, а трусики в шкафчике дома забыла? Или в транспорте с меня свалились, а я и не заметила?
Мне показалось, что я довольно красноречиво дала ему ответ, хотя по факту это всё вылилось в бессвязное блеяние овечки, ведомой на заклание.
— Ну да, ну да, — лениво усмехнулся Волк. — Раздвинь пиз... (писичку), покажи мне свою дырку.
Честно, сама бы я никогда такого не сделала, но мои пальцы предали меня. Они широко растянули половые губы перед этим типом. Предатели!
— Шире... Ещё шире...
Не в силах противиться, мои непослушные пальцы сделали, что он приказал.
Я стояла, прислонившись к берёзе, задрав юбку до пояса, своими собственными руками раздвигая перед этим ужасным типом свои самые сокровенные складки. Мои половые губы, мои две нежно-розовые, чуть припухшие дольки — раскрылись, обнажив клитор. Мой маленький сладкий шарик, выглянувший из своего укрытия, набухший от страха и странного, какого-то липкого возбуждения, охватившего моё тело, а чуть ниже вход в плотно сомкнутое влагалище. Всё блестящее и мокрое после недавнего «водопада», и это зрелище, видимо, добило Волка.
— Ты что, целка? — спросил он, вглядываясь в мои глубины.
Где он там целку разглядел у меня, я не знаю. Хотя... члена в моей писичке ещё на тот момент не побывало, только пальчики и посторонние разные штучки — я постоянно находилась в поисках новых ощущений. Я их вводила в себя, но при этом крови ни разу не было. Я целка или нет, это считается или нет?
На риторический вопрос, я ответила своим красноречивым мычанием.
Уж не знаю, что он в нём услышал, этот злобный Волк, но его пылающий взор потускнел. Однако это вовсе не означало, что он утратил интерес ко мне.
Он начал мною играть.
— Повернись. Наклонись. Руки на берёзу. Выпяти зад.
Я послушно вставала в позы, которые он диктовал. Сначала он заставил меня наклониться, упереться руками в шершавый ствол, и моя голая попка оказалась прямо перед его лицом. Разглядывая меня тип опустился на колени, и я почувствовала его дыхание на своих ягодицах, на промежности, которая была полностью открыта его взгляду.
В тот самый день