Жара стояла ужасная. Было начало лета - тот самый период, когда конец мая, теплый и приятный, перешел в невыносимо жаркий июнь. Этот «переход», если можно вообще так сказать, всегда был внезапным. В сущности, это было характерно для южных городов.
В руке у меня был потертый рюкзак, в котором лежало все необходимое на три летних месяца: несколько шорт, футболок, трусы, зарядка от телефона и, конечно же, заветная коробка с дисками для PlayStation.
Я ждал дядю Толика и его сына, моего двоюродного брата Юру. Наше маленькое ежегодное приключение.
Скрип тормозов вырвал меня из задумчивости. Знакомая серебристая «Лада-Приора» подкатила к тротуару. За рулем — дядя Толя, улыбающийся своей обычной, чуть усталой улыбкой. Он махнул рукой. На заднем сиденье, пригнувшись к экрану, сидел Юра. Я открыл дверь, и волна горячего, спертого воздуха, пахнущего пластиком и старыми сиденьями, ударила мне в лицо.
— Кидай рюкзак, Серег, — крикнул дядя Толя, — багажник полный, на заднее сиденье к Юрке куда нибудь кинь.
Я так и сделал. Рюкзак мягко шлепнулся рядом с братом. Юра лишь на секунду оторвался от своего PSP, кивнул мне, и его пальцы снова забегали по кнопкам. Я сел на переднее пассажирское сиденье и захлопнул дверь.
— Пристегнись, — автоматически сказал дядя Толя. Двигатель заурчал, кондиционер, после нескольких хриплых выдохов, начал выдавать струю прохладного воздуха. Дядя покрутил кнопку радио. Из динамиков полилась какая-то попсовая песня, но он не стал переключать и просто убавил громкость. — Ну что, пацаны, соскучились по бабушке?
Мы с Юрой переглянулись. У меня на лице расплылась ухмылка. У него — такая же. Мы вспомнили одно и то же. Бабушка Таня. Ее немыслимые, на наш юношеский взгляд, объятия, от которых трещали ребра. Ее пироги, которые она заставляла есть, даже когда ты был сыт по горло. Ее привычку целовать прямо в губы, влажными, мягкими губами( я бы даже сказал пухлыми), пахнущими домашним вареньем и чем-то еще.
— Соскучились, — хором ответили мы, и дядя Толя засмеялся.
— Эх, — он потянулся к пачке сигарет на торпеде, но взглянув на нас, передумал и просто постучал пальцами по рулю. — Где мои шестнадцать-то... Сейчас бы тоже в деревню, на все лето. Свежий воздух. Своя картошечка, огурчики с грядки... Речка. — Он мечтательно замолчал, глядя на убегающую вперед дорогу. А потом добавил, с какой-то лукавой интонацией: — Девчонки деревенские... Вот это было время.
Я снова посмотрел на Юру. Он ухмыльнулся, не отрываясь от экрана. На маленьком дисплее его PSP мелькали яркие вспышки, и слышался яростный рев Кратоса. God of War...наша с ним любимая игра. Сколько мы времени провели за первой частью - одному богу известно.
— Тебе, Юрец, как раз врач прописал — отдых и воздух, — продолжил дядя Толя, его голос стал более серьезным, отцовским. — Отдохнешь, оклемаешься.
Мое любопытство проснулось. — А что у тебя, Юрок? — спросил я, поворачиваясь к брату.
Юра наконец поставил игру на паузу. Он выглядел чуть бледнее обычного, под глазами легкие тени. Но улыбка была все той же, немного ленивой и доброй. — Да так, — пожал он плечами, откидываясь на спинку сиденья. — Мелочи. Как сказал врач просто из за возраста. Какой то там пубертат, гиперспермия...что то в этом роде. Свежий воздух, как папа сказал.
— Гиперспермия...— рассмеялся дядя Толя. — баба тебе нужна, или дрочить надо больше! А так да, в деревне наберешься сил. А то в городе одна гарь да стресс.
Разговор на этом заглох. Я откинул сиденье пониже, глядя в окно на мелькающие поля, редкие перелески, придорожные кафешки.
Я, друг и жена