словно боялись, что её отнимут. — Она не готова... Она никогда не...
Гарсия прервал её, громко засмеявшись.
— В профиле сказано иначе, — он наклонился к уху Тони, его дыхание обжигало её кожу. — Ты же любишь пожестче, шлюшка? В чём твой фетиш? Ты затем и пришла в полицию, хотела, чтобы тебя трахнул мужчина в форме?
Тоня сжала зубы, её тело дрожало под грубыми руками сержанта. Его пальцы скользнули глубже, исследуя её, растягивая, проверяя её реакцию.
— Смотри, какая мокрая, — он вытащил пальцы, блестящие от её соков, и показал Джордан. — Она всегда такая, когда отлизывает тебе?
Джордан покачала головой, её глаза были огромными от ужаса. Но сержант уже не обращал на неё внимание.
Гарсия не стал снимать штаны. Он просто расстегнул ширинку, и Тоня услышала, как бляха его ремня звонко ударилась о пол. Она зажмурилась, когда что-то твёрдое и горячее упёрлось ей между ног.
Тоня почувствовала, как её внутренности разрываются от грубого вторжения, когда Гарсия вошёл в неё одним резким толчком. Она вскрикнула, её ногти впились в пластиковую поверхность стола, оставляя на нём белые царапины. Джордан обнимала и удерживала её. Гарсия не дал ей времени привыкнуть — он начал двигаться сразу, его толчки были резкими, глубокими, каждый раз заставляя Тоню вздрагивать.
Каждый толчок Гарсии отдавался в животе Тони тупой болью. Она сжала зубы, стараясь не кричать, но сержант не сдерживался, вгоняя себя до самого основания. Он не просто трахал её — он будто доказывал что-то, каждый раз вынимая почти полностью, а затем с размаху вгоняя обратно, заставляя её вздрагивать и хрипеть. Каждый толчок отдавался резкой болью внизу живота, но что-то внутри неё предательски отвечало на это влажным теплом.
— Давай, блядь, — пропыхтел он. — В твоем профиле сказано, что ты легко кончаешь, когда тебя принуждают.
Тоня прикусила крик. Ее тело предавало ее, искра вспыхнула под грубыми прикосновениями. Стыд горел сильнее боли. Она чувствовала дрожащие руки Джордан, губы подруги прижались к ее виску — горячие, липкие от слёз, шепчущие что-то несвязное между короткими всхлипами. Но Тоня уже не слышала слов. Её сознание сузилось до ритмичных толчков Гарсии, до жжения между бёдер, до того, как её собственное тело начало подстраиваться под каждый удар, двигаясь навстречу.
Гарсия издал хриплый рык, его пальцы впились в бедра Тони, прижимая ее к столу с такой силой, что пластик затрещал под ее весом. Он замер на мгновение, весь напрягшись, и Тоня почувствовала, как что-то горячее и липкое заполняет ее изнутри, пульсируя в такт его стонам. Его дыхание стало прерывистым, а потом он вытащил себя из нее с мокрым звуком, оставив только пустоту и стекающую по внутренней стороне бедер влагу.
— С почином, — усмехнулся он, глядя, как его сперма вытекает из Тони на полированный пол. Его взгляд скользнул к Джордан, которая все еще держала подругу. — Теперь твоя очередь, крошка.
Джордан замерла, ее губы дрожали. — Ч...что?
Гарсия схватил ее за подбородок, заставив посмотреть вниз, на свой член, все еще блестящий от соков Тони. — Вымой его. Покажи своей девушке, как надо ухаживать за мужчиной.
Джордан отпрянула, но Гарсия уже схватил её за волосы, резко пригнув к своему животу. Его член, липкий и тёплый, ударил её по щеке.
Её губы дрожали, едва прикасаясь к чувствительной головке, когда она попыталась сделать хоть что-то, что не заставит его разозлиться. Но сержант не терпел полумер. Его ладонь надавила на затылок, вгоняя его внутрь её рта так резко, что Джордан подавилась, а глаза
Мой любимый доктор. Часть 2