стала убежищем. Мистер Хендерсон бубнил про ковалентные связи, не замечая передаваемых записок. Одна приземлилась на парту Тони, грубо вырезная по форме члена. Внутри корявыми буквами было нацарапано: «Видели твоё видео. Ты кончила под этим копом? Хочешь ещё?»
Тоня смяла похабную записку в кулаке. К горлу подступила тошнота, но не от похабщины — от внезапно вспыхнувшего воспоминания: её собственные предательские стоны, влага между ног, пульсация внизу живота, когда Гарсия... Она резко зажмурилась, пытаясь стереть образ.
— Это всё этот дурацкий закон, — прошептала она себе под нос, глядя на доску с формулами, которые уже не имели смысла. — У меня просто не было выбора.
Звонок на обед прозвучал как избавление — хоть на сорок минут можно было убежать от этих взглядов, шепотов, от этого чувства, будто их раздели догола прямо посреди класса. Тоня схватила Джордан за руку и потянула к двери, но коридор был забит учениками, и каждый второй оборачивался, когда они проходили рядом.. Кто-то хихикнул, кто-то демонстративно отвернулся, но больше всего Тоня боялась тех, кто смотрел слишком пристально — с тем же выражением, что было у Гарсии вчера.
Кафетерий встретил их гулким гомоном. Тоня успела сделать всего пару шагов к автомату с водой, когда дорогу перегородили. Четыре футболиста в одинаковых майках с цифрами окружили их.
Капитан футбольной команды, Брэд, был на голову выше обеих девушек. Его широкая улыбка не предвещала ничего хорошего.
— Ну что, лесбухи, — он наклонился так, что его дыхание, пахнущее мятной жвачкой, обожгло Тонино ухо, — слышал, теперь вы официально городские игрушки. В любом месте в любое время, да? Так между ног чешется?
Джордан попыталась отойти, но он уже схватил её за руку.
— Как насчёт небольшой прелюдии? Прямо здесь?
Джордан дернулась, пытаясь вырвать руку из его хватки, но парень надежно держал её.
— Отпусти! — Джордан вырвалась с внезапной силой, её голос сорвался на высокой ноте, больше похожей на визг. Она резко дёрнула руку, и Брэд, не ожидавший такого сопротивления, на мгновение разжал пальцы. Этого хватило. Тоня, не раздумывая, вцепилась в запястье подруги и рванула её за собой, прорываясь сквозь кольцо футболистов.
Они сбежали в пустую лестничную клетку, ставшую временным убежищем. Джордан прислонилась к стене, задыхаясь.
— Они знают, — выдавила она, закрывая лицо руками. — Все видели видео. Все думают, что мы... мы сами это сделали. Что нам это нравится.
Её голос сорвался на последнем слове, превратившись в хриплый шёпот.
Тоня прижалась лбом к холодным металлическим перилам. Острые грани впивались в кожу, но она даже не моргнула — после вчерашнего любая боль казалась пустяком.
— Что нам делать? Ты рассказала матери? Я вчера не смогла.... после всего.
Голос Тони звучал так, будто она говорила сквозь толщу воды — глухо, сдавленно.
Джордан обхватила себя за плечи и покачала головой.
— Нет. Я пыталась изменить свой профиль. Пишет, что он «на рассмотрении», — прошептала она. — Это бред. Я трижды меняла параметры, а система просто... зависает.
— Нам нужно продержаться этот день, — пробормотала Тони, как будто пыталась убедить саму себя. – Просто постараться выжить.
Они должны были вытерпеть. У них просто не было выбора.
Преследования не прекращались. Она чувствовала взгляды на спине, слышала обрывки фраз за спиной: «...видела её видео?», «...сама напросилась...». Тоня прижала учебник к груди, пытаясь пробиться сквозь толпу, когда её плечо резко толкнули в сторону. Она не успела даже вскрикнуть — тёплая волна воды обрушилась на её платье, моментально пропитав тонкую ткань и прилипнув к коже.
— Упс, — Сара, капитан команды поддержки, наклонялась так, что её рыжие кудри закрыли лицо Тони от остального
Время нашей любви