разыскать твоих родственников, но они еще не связались со мной. Уверена, что скоро они что-нибудь найдут.
— Не думаю, - ответил он, снова обратив внимание на телевизор. - Если действительно наступил 2011 год, то они, скорее всего, уже умерли. Папе было сорок шесть, когда я заболел. Сомневаюсь, что он дожил бы до девяноста шести. То же самое, наверное, и с мамой, хотя она была на два года моложе. Моей сестре Роберте было бы семьдесят четыре года. Мои дедушки и бабушки с обеих сторон давно бы умерли. И даже если бы кто-то из них был жив, как я бы к ним подошел? Где я был пятьдесят лет? Думаю, они бы мне все равно не поверили.
Ева сидела и изучала молодого человека. Он пытался справиться со своей ситуацией и сосредоточился на том, что оставил свое прошлое позади и теперь был шестидесяти восьмилетним мужчиной в теле молодого человека. Только у него не было опыта и воспоминаний шестидесяти восьмилетнего человека. Если когда-либо и был случай для ее исследования, то это был именно он, упавший ей прямо на колени. Да, она напишет об этом, как бы ни сложилась ситуация, но для этого ей придется рискнуть и взять на себя ответственность. Другого выхода не было.
— Джесси, скажи мне, пожалуйста, твой размер одежды. Я куплю тебе что-нибудь надеть. Ты не можешь ходить в больничной пижаме, ты не болен, поэтому пора подготовить тебя к жизни за пределами этого здания.
Джесси потребовалось несколько минут, чтобы отвлечься от телевизора и повернуться к Еве. Она перечислила основные вещи, а он послушно назвал ей свои текущие размеры. В четыре часа она уходила с работы и собиралась быстро съездить в ближайший торговый центр и купить молодому человеку базовый гардероб. Но помимо одежды были и более серьезные проблемы. Для их решения потребовалось бы сотрудничество со стороны властей и администрации больницы. Кроме того, ей пришлось бы прибегнуть к некоторым уловкам.
После ухода доктора Микески Джесси продолжал смотреть новостной канал. Он был рад, что она собиралась купить ему подходящую одежду. Но что будет после этого? Куда он пойдет? Где будет жить? У него не было ни денег, ни работы, ни документов, ни водительских прав... ничего. Наверняка же они не собирались просто выкинуть его на улицу, чтобы он сам о себе заботился? Он снова начал беспокоиться о том, что с ним будет, о чем он забыл, сосредоточившись на телевизоре. Теперь эта мысль вернулась, и это будет первое, о чем он поговорит с доктором, когда она вернется.
Ева вернулась из своей поспешной поездки за покупками в половине шестого вечера. Она была загружена сумками и пакетами.
— Вот, держи, Джесси. Пара джинсов, ремень, три пары носков и нижнего белья, футболка и две хлопковые рубашки: одна с длинными рукавами, другая с короткими. Еще я взяла тебе кошелек, пару кроссовок и ветровку. Не забудь заполнить удостоверение личности. Это поможет тебе продержаться, пока мы не сможем вытащить тебя отсюда и найти тебе нормальный дом.
— Какой нормальный дом? Ты собираешься отправить меня куда-то? - спросил он, явно обеспокоенный этим предложением.
— Нет... Я имею в виду нечто гораздо проще. Если я смогу это устроить, ты будешь жить со мной и Микой, моим десятилетним сыном. Я собираюсь назначить себя твоим опекуном. Это означает, что я буду нести за тебя ответственность. Тебе восемнадцать, так что, теоретически, ты можешь принимать собственные решения. Я надеюсь, ты согласишься позволить мне помогать тебе, пока не сможешь самостоятельно справляться.
Я тебя люблю