проронили ни слова. Но в молчании, которым они шли домой, витало новое, невысказанное знание. Их мир, и так тесный, стал ещё уже и опаснее. Потому что теперь они знали — то, что живёт в их шалаше, существует и снаружи. И оно может смотреть на тебя ледяными глазами хищника, заставляя смущённо опускать взгляд и чувствовать, как по телу бегут мурашки не только страха.
Я стул и щель.